Дочь его врага

- Не пора ли остыть и оставить все в прошлом?

- Ты, сука, убил мою сестру! И ты за это заплатишь!

Георгий морщится демонстративно.

- Все это давно поросло быльем. Или тебе жизнь не дорога? Это последнее предупреждение, щенок. Либо ты уймешься, либо…

Он нагло скалится, думая, что козыри на его руках.

- Так уверен в своей недосягаемости?

- Что ты можешь сделать? Дамир, будь ты в силе, ты бы уже пришел за мной. Но это не так и никогда таковым не станет. Ты лишь бродяжка, которой повезло затесаться в нужную стаю.

Его намек про Рустама задевает, и я едва успеваю подавить вспышку гнева. Рано, еще очень рано.

- А что если это ты облажался? Думаешь, твой план с дочуркой выгорит?

На лице Басманова не отражается ни единой эмоции, но я уверенно иду до конца.

- Тебе так хотелось меня остановить, что ты даже дочь свою подложил под меня, как шлюху безродную. Вот только ты просчитался - связи есть не только у тебя. И врагов у тебя достаточно.

Лишь на долю секунды ублюдок хмурится, но тут же вновь надевает равнодушную маску.

- Какую дочь? Ты что-то путаешь, Дамир.

- Ту самую, которая сейчас сидит в одном из особняков Емельянова. И поверь, он знает, чью фамилию она носит. Как узнают и все ее клиенты…

Я жду, что он взбесится, разорется и покажет лицо. Но вместо этого он хохочет. В голос. Довольно.

- Какой же ты идиот, Асадов. Что ты, что твой папаша. Будь он поумнее, и сестра твоя вернулась бы домой целой и невредимой. А он слишком долго соображал, вот парни и не выдержали, развлеклись, - вздыхает ублюдок. - Мой косяк, недоглядел. Но и отец твой мог бы пошустрее решать проблемы.

- Не смей своим грязным языком говорить про него! - сдерживаюсь уже из последних сил. И то, только потому что план надо довести до конца. Дожать. Протащить по самому дну.

- Ты правда поверил, что Лера - моя дочь? - ухмыляется Басманов. - Как же легко тебя провести. Поэтому ты так и останешься внизу, на вторых ролях. Думаешь, я бы позволил своей дочери лечь под тебя? - его лицо презрительно кривится. - Ты - отброс, Асадов. И моя настоящая дочь, - он специально выделяет слова, - давно в безопасности. А эта подстилка… Она всего лишь моя племянница. Да и то, не родная. Так что, кому ты ее продал, меня не волнует.

Я задыхаюсь. Не могу пошевелиться. Просто сижу и смотрю на него, укладывая в голове слово за словом.

Она ему не дочь…

Она ему не дочь!!!

Ему плевать! Я проиграл. А она…

В ушах шумит, и остальные слова я едва разбираю:

- Ты даже не представляешь, насколько забавно было наблюдать за тем, как ты заглатываешь наживку. Как ведешься на эту сикуху. А еще на то, что якобы получил от старого мудака Вейхмана. Ты так быстро во все поверил, что я даже удивлен. Но знаешь, видеть тебя раздавленного и проигравшего - приятно. Повторяю - это последнее предупреждение. Мне не нужна лишняя война.