Дочь его врага

Прикрываю глаза. - Пока между нами стоит этот договор, заказ - называй как хочешь, я помню, что всего лишь шлюха.

- Не смей так говорить! - довольно резко высказывается Асадов, даже встряхивает меня за плечи. - Разве у тебя был кто-то? Тебя кто-то трогал? Ты кончала с кем-то? Целовалась?

- Н-нет, - испуганно отвечаю, не понимая его реакции.

- У тебя был и есть только один мужчина. Я. Запомни это.

- То есть дело только в том, что я девственница? - упавшим голосом спрашиваю у него. - Если бы это было не так, то…

- Лер-р-ра! - замолкаю на полу слове, а Дамир подается вперед, кладет ладонь мне на затылок и, не дав отстраниться, целует. Жестко. Подавляюще.

Я не могу ему сопротивляться. Хотя бы потому, что не хочу. У этого мужчины какая-то необъяснимая власть надо мной и моим телом.

Расслабляюсь, позволяю увлечь себя в новый водоворот чувственных эмоций. Да что там - я сама целую с не меньшим желанием. Неприятный разговор остается где-то за рамками. Где-то, куда не хочется возвращаться. По крайней мере, пока.

Но когда все вот-вот снова перейдет на новый уровень, Дамир вдруг тормозит, отстраняется и ловит мой взгляд.

- Я не умею говорить красиво, - выдыхает он. Голос его охрип, стал более низким, а дыхание - более тяжелым. - Да и не могу объяснить, как это работает. Но ты нужна мне, Лера. Хочу, чтобы ты была рядом. Просто так. Без всяких обязательств.

- И ты отпустишь, если я захочу уйти? - спрашиваю едва слышно.

- А ты хочешь?

- Пока нет…

- И не захочешь, - самоуверенно заявляет Асадов, заваливая меня на кровать. Он нависает, блокируя мое тело. - Поверь, я умею убеждать. А что касается денег… Мужчина должен решать проблемы своей женщины. Это нормально.

- Но… - возразить он не дает - снова целует. Еще более горячо и развязно. И мне снова становится не до споров.

Я уже с трудом соображаю, когда Дамир делает резкое движение и оказывается во мне. Теперь уж точно не до рассуждений про деньги. В этот момент мы оба полностью поглощены иным.

Каждое движение находит отклик во мне. Я сгораю от ощущений, от поцелуев, прикосновений.

- Какая же ты ладная, - едва ли не рычит Асадов. - Словно под меня делали, - говорит, а сам все резче вколачивается в мое тело. Я даже ответить не могу - потому что все мое существо сосредоточено на том, что чувствую. - Откуда ты на мою голову, Лер-р-ра… Моя…

Обнимаю его за шею, прижимаюсь губами к его, стараюсь передать все, что внутри меня. Всю ту нежность и желание, стремление поделиться, порадовать, сделать хорошо.

- Только твоя, - шепчу, поддаваясь минутному порыву и едва успеваю удержаться от безрассудного шага и не признаться в своих чувствах.

Может, кто-то скажет, что так не бывает, что нельзя полюбить так быстро, что я путаю благодарность и любовь.

Но мне плевать. Я влюблена. Люблю.