Дочь друга. Ненужные чувства (СИ)

— Мы могли сюда не приезжать, — зачем-то говорю я.

— Могли, но мы ведь ни в чем не виноваты, верно? Так что нам скрывать? Или…

Я не знаю, что подразумевал Орлов под “или”, потому что нас отвлекают. Сначала ребята, затем полицейские.

Все дальше происходит очень быстро. Разговор с представителями правопорядка, как мне показалось, заходит не в то русло. Орлов диктует адрес Кирилла, дает его номер телефона. Это нормально? Так и нужно? Я понятия не имею, как правильно. Я учусь на журналиста, а не на юриста и во всех этих тонкостях мало что понимаю.

— Почему, говорите, была драка?

— К девушке ребята пристали.

— К этой?

На меня изучающе третий раз за день смотрит несколько пар глаз, и мне это категорически не нравится. А еще не нравится то, что группа наша уехала. Одному богу теперь известно, кем они меня считают, раз Орлов пожелал, чтобы я осталась. Им, разумеется, никто ничего рассказывать не стал.

— Я вам уже рассказывала, как все было, — говорю устало, потому что нам действительно задают одни и те же вопросы по третьему кругу.

Подозреваю, что это такая тактика — усыпить бдительность, чтобы человек прокололся и рассказал всю правду. Уверена, она даже рабочая, но я ведь ничего не придумываю, рассказываю, как все было. Вываливаю как на духу!

Приходится снова и снова повторять одно и то же. Я чувствую себя заведенной игрушкой, которая исполняет одну-единственную мелодию, потому что на другую не способна.

Когда нас отпускают, я не могу поверить своему счастью. Быстро поднимаюсь, иду за Орловым в приподнятом настроении, хоть и замечаю, что он явно не разделяет моего воодушевления. Хмурится, вертит в руках телефон, глядя на темный экран, и будто думает, стоит ли кому-то звонить.

— Что думаешь?

— А что должна?

Я правда пока не понимаю, как тот факт, что мы были на месте преступления и видели трупы, может отразиться на крутой статье. В какой момент Орлову в голову приходят эти гениальные названия и пласты текста? А интервью… они у него вообще выше всяких похвал! Может, он так вдохновляется?

— Например, почему эти парни оказались здесь.

— Судя по образу жизни, который они вели, это вовсе не удивительно. Точно так же, как ко мне, они могли пристать к любому другому человеку.

— За такое не убивают, Катя.

— А за что убивают? Мне кажется, и за меньшее могут. За несколько купюр в бумажнике и за “просто так”.

Роман Львович ничего не отвечает, глядя на меня как-то хмуро.

— Как устроилась на новом месте?

— Хорошо.

— Ты выглядишь шокированной.

Об этом мы говорим, пока идем к припаркованному автомобилю. Я полностью погружена в свои мысли. Думаю о том, что случилось.