Дочь друга. Ненужные чувства (СИ)

Если бы Сонька знала, где я покупаю эти шоколадки и какие громадные сладости там можно заказать, не вышла бы оттуда, пока бы мы не скупили всё.

— Снова шоколад, — укоризненно говорит вышедшая Васька.

— Опять, — подмигиваю ей. — У меня нет выхода теперь. Представь, что я однажды приду без шоколадки.

Маленькая Сонька в ужасе распахивает глаза.

— Спокойно. Шоколадки будут всегда, — говорю исключительно ей на ушко.

Она смеется, слезает с моих рук и уносится куда-то в дом. Видимо, показать новую игрушку, которую ей подарили родители. Уверен, что это так, потому что Марк с Васькой точно так же балуют Соньку, как и я.

— Как твои дела? — спрашивает Василиса, обнимая меня за плечи.

— Нормально.

— Выглядишь уставшим. Много работы?

— Меня отстранили.

Вася в шоке распахивает глаза. Смотрит на мое лицо, затем на туловище, руки, ищет следы увечий и находит их на костяшках.

— Господи… что? Что случилось?

— Не успел приехать, а уже довел мою жену до истерики, — это подходит уже брат.

Протягивает руку, здороваемся. Он тоже сразу замечает уже начавшую заживать сбитую на костяшках кожу. Хмурится, поднимает голову, долго смотрит на меня. Вижу, как сцепляет челюсти.

— Расскажешь?

— Ничего особенного. Заступился за девушку рядом с клубом.

— С клубом. За девушку, — начинает говорить тоном школьного учителя. — А про руки? Про руки ты думал?

— Не было времени думать, Марк. Они ее изнасиловать пытались.

Спокойствие сносит, как и не бывало. Стоит только вспомнить те две трусливые мрази. Снова руки в кулаки сжимаются, как представлю, что они могли с ней сделать. Вряд ли Орлов бы позволил, наверняка бы скосил за принца, спасшего принцессу, но меня выносит от одной мысли, что они ее запугивали, касались своими грязными лапами.

— Особенная девушка, что ли?

— Не особенная.

Теперь уж точно нет. Я, когда вернулся домой и не нашел ее вещей, пришел в ярость. Разбил тарелку, из-за чего поранил руку чуть выше запястья. Даже швы пришлось наложить в домашних условиях. А потом как-то отпустило. Не так чтобы насовсем, конечно. К сожалению. Хотелось бы избавиться от этого наваждения. Сбросить его с плеч и забыть. Не думать о том, что Катя за те несколько недель, что провела рядом, стала для меня чем-то большим, чем просто дочкой друга, с которой я пару раз переспал.

— С каких пор ты влезаешь в драки, защищая незнакомых баб у клуба?

— Марк… — Василиса кладет руку ему на плечо."

"Тормозит дальнейшие его высказывания, успокаивает. Когда-то давно, когда мы еще с ней работали в больнице вместе, она очень сильно мне нравилась. Тогда казалось, что вот она — любовь. Я хотел, чтобы она бросила моего брата. Хотел, чтобы ушла от него и предпочла ему меня. Так было, пока я не понял, что мое отношение к ней не что иное, как влюбленность.