Дочь дьявола

После дня, проведённого в разговорах, веселье, воспоминаниях и построении планов на будущее, Эви вернулась в Приорат Эверсби в приподнятом настроении. Ей хотелось поделиться множеством новостей с мужем... одна из которых касалась того, что прототипом главного героя в романе Дейзи отчасти послужил именно он.

– Эта идея пришла мне в голову, когда несколько месяцев назад на званом ужине речь зашла о твоём муже, Эви, – объяснила Дейзи, промокая крошечное пятнышко от клубники, упавшей ей на корсаж. – Кто-то заметил, что Кингстон остаётся самый красивым мужчиной в Англии, и как несправедливо, что он не стареет. Лилиан сказала, что, должно быть, он вампир, всех это тогда рассмешило. А я задумалась о старом романе ""Вампир"", который был опубликован около пятидесяти лет назад. Я решила написать что-то похожее, но только более романтическое.

Лилиан покачала головой.

– Я сказала Дейзи, что никто не захочет читать о герое-любовнике вампире. Кровь... зубы...

Она поморщилась и вздрогнула.

– Он пленяет женщин своей харизмой, – запротестовала Дейзи. – А ещё он богатый, красивый герцог, как и муж Эви.

– Ну раз так, тогда можно простить ему пару дурных привычек, – проговорила Аннабел, её голубые глаза сверкнули.

Лилиан кинула на неё скептический взгляд.

– Аннабел, неужели ты могла бы не придавать значения тому, что твой муж, высасывает жизнь из людей?

Пораздумав, Аннабел спросила Дейзи:

– Насколько он богат?

Ей пришлось пригнуться с приглушённым смехом, когда Лилиан запустила в неё бисквитом.

Смеясь над шалостями друзей, Эви спросила у Дейзи:

– Какое будет название?

– ""Смертельные объятья герцога"".

– Я предложила ""Герцог - заноза в шее"", – сказала Лилиан, – но Дейзи посчитала, что название лишено романтики.

Вернувшись в поместье Рэвенелов, Эви обнаружила, что её поджидает старшая дочь, жаждавшая рассказать о событиях сегодняшнего утра.

– Кроме мистера Рэвенела, – заверила её Фиби, – никто не пострадал. Джастин был немного потрясён, но остался цел.

– А твой отец?

– Естественно, он сохранял хладнокровие огурца. После обеда сыграл в бильярд с другими джентльменами, а потом удалился к вам в комнату отдохнуть. Но, мама, когда мы с ним сегодня утром возвращались домой, он говорил очень неприятные вещи об Эдварде Ларсоне... и о Генри!

– Боже мой!

Эви сочувственно выслушала рассказ дочери и успокоила её, пообещав поговорить с Себастьяном и попытаться смягчить его отношение к Эдварду Ларсону.

Эви как можно быстрее поспешила наверх в поисках мужа, стараясь не подавать виду, что торопится. Она вошла в их покои: просторную, хорошо обставленную спальню с гардеробной и крошечной прихожей, превращённой в уборную."

"Пройдя в спальню, Эви обнаружила мужа, развалившегося в большой старомодной ванне.