Дочь дьявола

– Я бы порекомендовал провести дезинфекцию. – Он повернулся к другому ночному портье. – Проводи мистера Рэвенела в мои личные покои, где, похоже, я продолжу давать советы теперь уже другому страдающему поклоннику моей дочери. Видимо, это наказание за растраченные впустую годы юности.

– Я не нуждаюсь в советах, – отрезал Уэст.

– Тогда не стоило приходить в мой клуб.

Уэст бросил на Северина обвиняющий взгляд, на что тот слегка пожал плечами.

С трудом поднявшись со стула, Уэст прорычал:

– Я ухожу, и если кто-нибудь попытается меня остановить, я ему врежу.

Кингстона, казалось, совсем не впечатлили его слова.

– Рэвенел, я уверен, что в трезвом, выспавшемся и откормленном состоянии, у тебя получается произвести правильное впечатление на людей. Однако сейчас не тот случай. Сегодня в клубе работает дюжина ночных портье, которые обучены обращению с буйными посетителями. Иди наверх, мой мальчик. Случаются вещи и похуже, чем время, проведённое в лучах моей накопленной с годами мудрости. – Подойдя поближе к служащему, герцог вполголоса дал ему несколько инструкций, одна из которых звучала очень подозрительно: – Убедись, что он чист, прежде чем разрешишь ему прикоснуться к моей мебели.

Уэст всё-таки решил пойти с портье, который представился как Найл. Выбора, как такого, у него не было, и ничего другого на ум не приходило. Он чувствовал себя немного вялым и заторможенным, в голове нарастал шум, похожий на порывы ветра, которые проносятся по платформе, когда мимо со свистом пролетает поезд. Боже, как же он устал. И даже был не прочь выслушать длинную лекцию от герцога или любого другого человека, если при этом можно не вставать с кресла.

Когда все начали расходиться, Северин погрустнел, и стал выглядеть каким-то потерянным.

– А как же я? – спросил он. – Неужели вы все просто бросите меня здесь?

Герцог повернулся к нему, выгнув бровь.

– Похоже на то. Вы что-то хотели?

Северин нахмурился, обдумывая вопрос.

– Нет, – наконец, сказал он и тяжело вздохнул. – У меня и так есть всё на свете."

"Уэст поднял руку в прощальном жесте и последовал за Найлом. Портье был одет в униформу из какой-то дорогой матовой ткани такого тёмно-синего оттенка, что она казалась чёрной, на ней не присутствовало никакой причудливой или золотой вышивки, за исключением тонкой чёрной плетёной отделки на лацканах пиджака, воротнике и манжетах белой рубашки. Очень сдержанный и простой костюм, скроенный так, чтобы не сковывать движения носящего. Наверняка в нём очень удобно убивать людей.

Они вышли через неприметную дверь и поднялись по узкой тёмной лестнице. Найл отворил дверцу наверху, и они очутились в богато украшенном вестибюле с потолком, расписанным ангелами и облаками.