Дочь атамана

— Да ведь дорога неблизкая!

— Так и что, — Саша Александровна задрала подбородок повыше, — торчать здесь безвылазно до самого лета?

— Воля твоя, но я никуда не поеду!

— Воля ваша, вот и покрывайтесь здесь мхом, — и Саша Александровна стремительно покинула комнату.

— А вы, — Изабелла Наумовна подозрительно уставилась на Гранина, — извольте объясниться! Откуда вдруг корсеты и новые наряды?

— Не могу знать, — отступая назад, пробормотал он, — возможно, это связано с визитом к графу Плахову.

— К Плахову! — вскричала гувернантка восторженно. — Да неужто Саша взялась за ум? Ушам не верю! А я-то решила, что она совсем спятила здесь от скуки.

Гранин едва не рассмеялся, в последний миг только почтительно склонил голову, откланиваясь.

Скука!

Кому-то в этом имении скучно!

На кого-то в этом имении не нападают черти по ночам, а при свете дня — рассерженные барышни."

"Оставив Изабеллу Наумовну предаваться мечтам о графском сватовстве, Гранин отправился на поиски Саши Александровны и нашел ее в малой гостиной. Она грустно гладила одну из шпаг, появившихся здесь вместе со старым атаманом.

— Я, — начал было Гранин, разом охрипнув от ее печали, — пришел извиниться. Если я обидел вас чем-то…

— Вы? Обидели? — она вызывающе рассмеялась. — Ну что вы, Михаил Алексеевич, разве можно. Вы же просто… обратились в каменное изваяние. Очень благоразумно с вашей стороны, — поспешно заверила его Саша Александровна, снова отворачиваясь, — и очень своевременно. На меня как раз нашла какая-то нелепая блажь, и…

— Да посмотрите же на меня, — перебил ее Гранин, — невыносимо, что я вижу лишь ваш затылок.

— Чем это вас не устраивает мой затылок? — немедленно возмутилась она, но все же бросила на него короткий, осторожный взгляд. И вдруг испугалась: — Господи, да вы и правда не в себе. Что такое? Это мой дед испортил вам настроение? Не принимайте близко к сердцу, мы, Лядовы, бываем невыносимыми.

— Ваш дед тут вовсе ни при чем, — с невыразимым облегчением улыбнулся Гранин, обрадовавшись, что Саша Александровна снова стала похожа на саму себя, а ее морозный покров начал подтаивать. И она невольно улыбнулась ответ, будто в речном отражении. — А хотите, мы вам ледяную горку в саду зальем, пока вы весь дом не разнесли.

— Я же не ребенок, — немедленно вспылила Саша Александровна, оскорбленно поджала губы, а потом тряхнула головой: — А впрочем, заливайте, коли охота. Подите сюда, расскажите, чего дед от вас хотел.

— Дела усадьбы, — уклончиво откликнулся он, — письма-то ответные писать будем?

— Будем, — Саша Александровна снова погладила шпагу и отняла от нее руку. Посмотрела пронзительно и ясно, не пряча более глаз: — Что же с вами еще-то делать! Только писанину и разводить.