Добыча зверя

– А если на дачу к Баранову? – Я даже по голосу слышала, что Иринка хмурится.

– Так там сейчас чудище лысое живет, Хомяковым зовут. – Выдала я ей общеизвестную в узких кругах информацию.

– Хмм, – задумалась она. – Может быть, парни уживутся друг с другом. Мишка же в подчинении Зверя когда-то был.

– Как хочешь. – Равнодушно ответила я. Не мои проблемы будут, если мужики передерутся на одной территории. – Так во сколько их ждать?

– Не раньше обеда. – Доверительно сообщила мне Ирка. – И Степ, спасибо.

– Обращайтесь. – Фыркнула в трубку и закрепила телефон снова на плече. Мне так удобнее. Кстати, про плечо. Надо же этого болезного сверху перевязать.

Пока делала перевязку, вся запарилась. Этот лысый кабан весил, как половина Валеры, а шевелиться отказывался. Паразит.

– Тьфу, антресоль с кирпичами! – Утерла я рукавом лоб и, развернувшись, вышла из дома.

Надо думать, как жить и где спать. В одном доме с этим хомяком раненным я ночевать точно не буду. Но и далеко уходить чревато. А ну как проснется и найдет мои запасы настоек? Сто процентов траванется же. Нафиг мне такое счастье?

Я с прищуром посмотрела на небо. Дождя вроде бы не ожидается. Можно и на крыше дровяника прикорнуть. Мяту только разложить кругом, чтобы насекомые не лезли.

Через несколько часов я сидела на крыше с кастрюлей подогретого на костре супа и щурилась, изучая звезды. Эх, хорошо. Надо будет завтра, кстати, пирожков для Нели напечь. Девка хоть приедет успокоится после очень сложной весны. Да и спокойно у меня сейчас. Узнать бы только, кто капкан поставил на моей территории. Найду, все конечности поломаю. Сволочи.

Перед сном сходила, проверила спящее на моем диване животное, выгнала из дома вернувшегося с прогулки Барсика и со спокойной душой устроилась на крыше. Хо-ро-шо!

– Твою мать! Ай! Отвяжись, скотина! – Разбудили меня вопли на рассвете. – Выплюнь! Выплюнь, сказал!

Тяжело вздохнула, слезла с крыши и поплелась в дом, где орал недобитый идиот. Судя по всему, Барсик нашел, как пробраться в дом и сейчас дожевывал врага, захватившего его место на диване.

– Барсик, место! – Я зевнула, громко щелкнув челюстью, и побрела на кухню, не обращая внимания на ругающегося салдафона.

– Он погрыз мои ботинки! – Донеслось мне в спину истеричное изливание ущемленных чувств. Я бы даже сказала, что крик души.

Я остановилась на пол пути и нехотя повернулась.

– Сам виноват. Не разбрасывай, где попало. – Наставительно отозвалась я и все же прошла в кухню. Ох, сейчас иван-чая дерябну и буду, как огурчик.

– Да отвали ты! – Вновь послышались возмущения.

– Барсик, не грызи его. Отравишься. – Выдавила я из себя и поставила на плитку кастрюльку с водой. Нужно еще тесто завести, чтобы подошло к полудню…

– Мегера ты.