Добыча хищника (СИ)

– Петя… сука, вернись сюда!

Шилов сорвал с себя халат и пошел в сторону выхода, отвечая бесстрастно:

– Сейчас ты мне не нужен. Башку для начала проветри!

Суров приподнялся, но снова рухнул на койку, скривившись от боли.

Больше в его жизни нет места скупой системе. Он всю жизнь ей подчинялся. Он делал то, что велел ему долг.

Хватит.

Эля сделала гораздо больше, просто выбирая сердцем.

Боже, она была изумительным, идеальным оружием, но… для Сурова она была просто девушкой. Девушкой, в которую он, кажется, влюбился.

***

Я уснула всего на секунду.

Несмотря на непрекращающийся шум, но незримое осуждение окружающих и откровенную враждебность, я спала, как младенец. Сон – это маленькая смерть. Так вот – я умирала сладко. И мне снилось, как мужские руки прижимают меня к твердому сильному телу. Кажется, не было ничего более желанного в моей жизни, чем связь с чужаком. Запретная связь. Вопреки всему сущему.

Я бы охотнее спала, свернувшись клубочком у него на груди до тех пор, пока не понадоблюсь ему. И, несмотря на внутреннее сопротивление, на осознание этого чувства, как проклятой болезни, я не могла этому противостоять.

Приоткрыв глаза, я заметила сквозь стекло, как сверкает белый, неяркий солнечный диск.

Закутавшись в одеяло плотнее, я лениво оглядела мужчин, которые разместились на соседних сидениях.

Вертолет стремительно набирал высоту – где-то под самыми облаками я ощущала единство с чем-то несокрушимым. Необъяснимо ведающим обо всем. Может, это была та самая пресловутая связь с Халаром, о котором я до сих пор знала слишком мало?

Инна сидела рядом и хмуро глядела перед собой.

Именно она помогла мне связаться с полковником Шиловым, и теперь мы летели в строго засекреченное место, где, как я предполагаю, была построена еще одна ловушка.

Все это казалось мне очень утомительным, если учесть, что вариантов избежать гибели у человечества не так уж и много. Тайгет Касар не посчитал ловушку чем-то столь важным, ради чего он стал бы беспокоить своих собратьев.

Очередная военная база встретила нас скупой однообразностью.

Еще сверху, на подлете, я увидела извилистые изгибы свинцовой непроницаемой реки – воспетая поэтами, знаменитая Волга.

– Засекреченный объект… – ухмыльнулась Инна. – Мы кажется под Тверью.

Она не удивилась, когда нас развели в разные стороны, едва мы ступили на землю.

Я была теперь персоной куда более важной, чем английская королева, и не имела права тратить драгоценное время на оформление бумаг, получение всяких бытовых мелочей, вроде зубной щетки и пропуска. Кроме того, зубная щетка, расческа или комплект сменного белья в виду рода моей деятельности мне могли и не понадобится.

Я предстала перед командой проекта в том самом виде, в каком они меня и оставили.