Добрый доктор Айбандит

– Цепь? – в ужасе повторила Калерия. – О господи! Ладно, я нарушу строжайший запрет Федора Николаевича, но лишь потому, что вам в голову лезут странные мысли. Можете на секундочку взглянуть в окошечко. Вот, пожалуйста.

Сопровождающая достала из кармана крохотный ключик и открыла маленькие жалюзи на двери. Я приблизила лицо к застекленному отверстию."

"Примерно двадцатиметровое помещение совершенно не напоминало тюремную камеру. Большая кровать под розовым балдахином, письменный стол, заваленный коробками с пазлами, пушистый ковер, два уютных кресла с пледами, окно без решетки, стул с подушечкой, стенной шкаф и диван, на котором лежит укрытая с головой фигура.

– Разве это карцер? – подала голос Карелия Львовна.

– Вовсе нет, – признала я. – И девочка спокойно спит.

В эту секунду человек на диване пошевелился, шерстяное одеяло немного сползло на пол.

– Сколько лет Лоре? – удивилась я.

– Пятнадцать, – уточнила помощница Федора Николаевича. – А что?

Я отодвинулась от окошечка.

– Взгляните: той, что дремлет на софе, на вид около сорока.

Карелия Львовна прильнула к стеклу, ойкнула, расстегнула пиджак и схватила висящую на поясе рацию.

– Павел Алексеевич, код номер один. Гаспарян. Да, именно она. Не знаю. В ее комнате спит Лиза Орлова. Пойдемте к Женечке.

Последняя фраза относилась ко мне.

– Лора сбежала? – бестактно поинтересовалась я, когда мы отошли от палаты особого режима.

– Запущенный случай, – горестно признала спутница. – Девочка крайне сложная, наркоманка с большим стажем. Родилась в очень богатой семье, единственная наследница всех капиталов. Но ее мать кололась всю беременность, и Лора появилась на свет с ломкой, ей вместо соски давали корку хлеба, смоченную водкой. Потом дед и бабушка лишили мать Лоры всех прав на ребенка, но, как видите, дурные гены дают о себе знать.

– Ужас! – прошептала я.

– И не говорите, – вздохнула Карелия Львовна. – Федор Николаевич пытается девочку вытащить, но, боюсь, мы успеха не добьемся. Ухитрилась удрать из поднадзорной палаты! Ума не приложу, как ей это удалось. Там видеонаблюдение и днем и ночью. Ну да далеко она не уйдет, у нас установлены камеры по всему периметру территории. Женечка, можно? Ты только не нервничай… Лора сбежала.

Евгения, сидевшая у компьютера, вскочила так резко, что уронила стул.

– Как сбежала? Когда? Почему мне не сообщили?

– Тише, дорогая, – забубнила Карелия Львовна. – Ничего пока не известно. Похоже, Лора как-то усыпила Лизу, когда та принесла ей завтрак, раздела медсестру, нацепила форму, взяла пропуск, прикрыла ее с головой пледом и вышла из комнаты, а затем, видимо, и из корпуса.

Волкова опустилась в кресло.

– И ее никто не остановил? Как такое могло случиться?

Карелия Львовна пожала плечами.