Добрые предзнаменования (пер. В.Филиппов)

Это не было похоже на обычную бесконечную, словно записанную на ленте Мебиуса, болтовню, за которой ЭТИ могли проводить час за часом. В глаза у Адама появилось выражение, которое его друзья не могли постичь – не то, чтобы в них чертики плясали, это как раз было бы как всегда, более или менее – у него в глазах была какая-то серая пустота. И это было намного хуже.

Остальные ЭТИ с интересом поглядели на нее. Она пожала плечами.

– И тогда миром будут править гигантские муравьи, – с дрожью в голосе сказал Уэнслидейл. – Я видел этот фильм. Или все будут ездить с обрезами на машинах, утыканных пулеметами, и ножами, и пушками…

– Я бы не допустил никаких гигантских муравьев, и вообще ничего подобного, – Адам оживился, что выглядело жутковато. – И с вами все было бы в порядке. Я бы об этом позаботился. Вот это была бы шутка – заполучить весь мир только для нас, а? Мы могли бы поделить его. Устроить такие игры! Играть в войну – настоящими армиями, и все такое.

– А, людей бы я нам сделал, – отмахнулся Адам. – Тех, из кого можно набрать армию – легко. Каждый мог бы взять себе четверть мира. Ты, к примеру, – он ткнул пальцем в Язву, и она отшатнулась, словно палец Адама был раскаленной кочергой, – могла бы взять себе Россию. Она красная, и ты красная – ну, рыжая, какая разница? А Уэнсли может взять Америку, а Брайан пусть берет… пусть берет Африку и Европу, и тогда…

Даже охваченные все усиливающимся ужасом, ЭТИ мысленно рассмотрели такое заслуживающее внимание предложение.

– Можешь взять еще Китай, Японию и Индию, – ответил Адам.

– Тогда мне останется только Африка и кучка унылых крошечных стран, – сказал Брайан, торгуясь даже на грани срыва в катастрофу. – От Австралии я бы не отказался, – добавил он.

Язва толкнула его в бок, и со значением затрясла головой.

– Австралию получит Бобик, – заявил Адам, и в глазах у него зажегся огонь творения, – потому что ему нужно много места, чтобы бегать. А еще там полно кроликов и кенгуру, за которыми он сможет гоняться, и…

Тучи расплывались по небу во все стороны, словно чернила в миске с чистой водой, двигаясь быстрее ветра.

– Да не будет никаких кро… – взвизгнул Уэнслидейл.

Адам не слышал его. Он слышал только тот голос, что звучал в его голове.

– Это память, понимаешь, – сказала Анафема. – Она работает как назад, так и вперед. Генетическая память, я имею в виду.

Ньют смотрел на нее вежливо, но абсолютно непонимающе.

– Но ведь если вы отправляетесь именно туда, и делаете именно то, что она описала, а то, что она описала – это ее воспоминания о том, где вы были и что делали, – сказал Ньют, – тогда…

– Я знаю. Но есть, ну… своего рода свидетельства, что это именно так, – сказала Анафема.

Они склонились над картой, развернутой на столе. В углу бормотал приемник.