Добровольно проклятые

И следом вновь голос Веры повторил то, что она уже говорила:

– Он сказал, что шкатулка обязательно принесет мне удачу, мол, она желания исполняет…

«Да что происходит?» – мысленно возмутилась Ольга, пытаясь сфокусироваться на чем-нибудь, чтобы понять, где она все-таки… Или «когда» она?

Но мир продолжал кружиться, ни за что не удавалось зацепиться, и от этой беспомощности становилось страшно.

– Куда же ты бежишь от меня? Ты же все равно не убежишь.

От голоса парня с кладбища внутри все испуганно сжалось. Ольге наконец удалось зацепиться взглядом за глаза с золотыми прожилками. Они были огромными, нависали над ней, и только тогда стало понятно: это не мир кружился, а она сама. Стояла по центру музыкальной шкатулки на постаменте и кружилась.

Лишь теперь остановилась, глядя на склонившегося над шкатулкой мужчину. Тот плотоядно улыбался, глядя на нее. И это был совсем не парень с кладбища: лицо этого мужчины выглядело лишь смутно знакомым.

– Я же говорил, – весело заявил он. – Все равно ты будешь моей.

Ольга испуганно дернулась, пытаясь отпрянуть и… проснулась.

Дементьев, лежащий рядом, тряс ее и звал по имени.

– Вам приснился кошмар, – мягко добавил он, погладив по плечу, когда она открыла глаза и сфокусировала на нем взгляд.

– Шкатулка, – выдохнула Ольга вместо ответа или приветствия.

Дементьев только удивленно приподнял брови.

– Что?

– Ночью вы сказали: возможно, дело не в пишущей машинке, но мы не смогли предположить, в чем. По-моему, дело в шкатулке.

Теперь его брови полезли к линии роста волос более активно.

– С чего вы взяли?

– Сложно объяснить, – уклончиво ответила Ольга, садясь и отворачиваясь от него. – Но мне кажется, надо ее проверить. И еще раз взглянуть на фигурку внутри.

Она не без труда поднялась на ноги – все-таки спать на низкой надувной кровати было ужасно неудобно, с утра все тело болело и ныло – и направилась к выходу из комнаты. Дементьев недоуменно смотрел ей вслед.

– Ну, хорошо, – пробормотал он. – Почему нет? Версия не хуже других.

На завтрак время тратить не стали. Пока одевались и пытались привести себя в более или менее божеский вид, кофеварка сварила кофе – им и ограничились.

Погода вновь не баловала ни солнцем, ни теплом. Весь поселок словно оказался во власти странной аномалии: на небе теперь почти все время теснились тучи, хотя дождь не шел. Только ветер дул, поднимая с земли песок, да иногда сверкали молнии и гремел далекий или не очень гром.

Калитка по-прежнему была открыта, как и дверь коттеджа. Никаких следов возвращения Веры, ничего, что указывало бы на идущее следствие.

«Интересно, полиция вообще занимается этим делом? – мелькнул в голове Ольги вопрос.