Добровольно проданная

 — А кто отдаёт кредит? — поднимаюсь на ноги и сажусь рядом с мамой на диван,

— Отец отдавал сам, Пока не пропал, - голос мамы становится тише, а дыхание глубже,

— И сколько мы должны? — спрашиваю также тихо,

— Много, Там просрочка большая… Пеня, процент, Я тогда так волновалась за отца, что подписала договор, почти не глядя…

Закрываю глаза, откидываюсь на спинку дивана, и мне кажется, что я падаю в пропасть, Слышу, как мама начинает глубоко дышать и наваливается на меня,

— Мам! Мама!

Она теряет сознание, а мне кажется, что я теряю его вместе с ней — в глазах темнеет от волнения, Доктор сказал, что такое возможно, это распространенный симптом, Но мне все равно страшно, что она может никогда больше не очнуться.

Скорая приводит маму в себя, и она просто засыпает, А я все-таки звоню Регине. Теперь предпочитаю даже в мыслях думать о ней, как о постороннем человеке,

— Сонечка, как мама?

Каждое ее слово кажется мне лицемерием.

— Я согласна. Готова прямо завтра встретиться с вашим., клиентом! — говорю, не отвечая на ее вопросы, — Но у меня условие — аванс на операцию вперед,

— Аванс само собой, а вот встречи «прямо завтра» не обещаю, — усмехается тетка, — Тебя еще подготовить нужно, приезжай с утра ко мне в клуб.

Киваю в трубку, словно она меня видит, и сбрасываю звонок,

ГЛАВА 2

София

— Это Константин Адамади, — Регина поворачивает ко мне ноутбук и показывает фото мужчины. — Сорок лет, состояние исчисляется миллиардами, был женат, но давно в разводе, детей не имеет, Тетка еще рассказывает о его активах, огромной корпорации, о месте в журнале «Forbes», словно это имеет для меня значение. А я просто рассматриваю мужчину. Он не красавец, но и не урод, старше меня на двадцать лет, можно сказать, годится в отцы. Хотя выглядит хорошо: ухоженный, холеный, стильный — еще бы с такими деньгами. Улыбка надменная, словно смотрит на всех со снисхождением, свысока своего статуса, серые глаза блестят цинизмом и алчностью. Широкоплечий, коренастый, прямой греческий нос, глубоко посаженные глаза, слегка бронзовая кожа и темно-русые стильно уложенные волосы. На мужчине серый классический костюм, а на запястье поблескивают часы стоимостью, как операция маме и долг за квартиру. Это всего лишь фото, а мне кажется, что он смотрит именно мне в глаза и оценивает, купить ему этот товар или нет."

"— Адамади… Такая необычная фамилия, — я ничего не спрашиваю, просто мысли вслух.

— Он грек, — поясняет Регина, размешивая сахар в чашке с кофе. — Родился в Греции, в пять лет приехал сюда. Его отец развивал у нас бизнес, так и остался. Вся родня, в том числе родители, сейчас на родине. — Меня передёргивает оттого, как тетка стучит ложечкой об чашку, стряхивая капли кофе.