Доблесть великанов

Раздался крик старшего офицера, приказавшего всем выйти из машин и положить руки на капоты.

– Выходи, – зло приказал Джакомелли, обращаясь к своему водителю, – бросай оружие и выходи.

Лоусон смотрел, как разоружают и арестовывают его возможных похитителей. Сотрудники полиции изымали оружие у всех задержанных. Джакомелли стоял, опустив голову. Неожиданно он вспомнил про уехавшего Лучано. Неужели это он сдал их полиции? Он ведь был в здании и заранее знал о плане захвата Лоусона. Может, он сдал их нарочно, чтобы показать Прасси, насколько беспомощны Джакомелли и его люди, которые не смогли справиться с элементарным захватом одного пожилого иностранца?

«Если это Лучано, то он подписал себе смертный приговор», – твердо решил для себя Джакомелли. Он даже не подозревал, что именно произошло за эти несколько часов, пока они ждали у здания полиции. А если бы узнал подробности, то разозлился бы еще больше.

Глава 10

Инспектор Беверидж прибавил скорость. Было заметно, как он нервничает.

– Состоялся неприятный разговор? – понял Дронго.

– Очень неприятный, – признался офицер. – Я спросил Себреро, кому он доверял охрану пленницы, но тот начал вилять, утверждая, что ничего не знает об этой пленнице. Мне пришлось ему напомнить некоторые эпизоды его жизни. В общем, мы поспорили. И тогда он вспомнил, что ее охранял Карлетто, этот смазливый сукин сын. Шкодливый кот, который в прошлом году уже обвинялся в изнасиловании молодой пуэрториканки. Девочке было только четырнадцать лет. Но тогда они откупились. Ему повезло, что его не посадили, отец девушки заявил, что никакого насилия не было, все произошло по обоюдному согласию. И девушка тоже подтвердила, хотя все знали, что он ее изнасиловал. И вот сейчас этот случай. Как он мог справиться с опытной сильной женщиной? Он ведь дохляк, не способный даже повалить женщину на пол.

– Она была в наручниках, – пояснил Дронго, – и он воспользовался ее положением.

– Сволочь, – убежденно произнес Беверидж, – и он еще называет себя мужчиной. Надел на бабу наручники и изнасиловал ее. Герой. Себреро ничего не знает, я в этом уверен. И сам Прасси ничего не знает, иначе бы не простил своего молодого прыщавого мерзавца. Он вечно пахнет так, словно парфюмерная фабрика. Намажет волосы бриолином, и похож неизвестно на кого.

– Куда мы едем?

– К нему домой. Он снимает здесь комнату, – показал в сторону одного из четырехэтажных домов Беверидж.

Они подъехали к указанному зданию, и полицейский вышел первым.

– Подождите здесь, – сказал он, направляясь к дому. Дронго и Вейдеманис остались в машине.

– Ты думаешь, это тот самый насильник? – поинтересовался Эдгар.

– Убежден. Он его так и описал. Прыщавая морда, сильно пахнет парфюмом, волосы натирает бриолином. Это он.