Доблесть великанов

В конце концов, она приехала сюда для серьезного расследования, а не на пикник к своей тетушке.

– Они не имели права так поступать, – покачал головой Дронго. – Есть некие правила, которые нельзя нарушать, даже будучи бандитами. И я уверен, что там ничего не знают о случившемся. Подобные акты насилия не прощают даже в коза ностре. Они традиционно не трогают женщин и детей.

– Пойди и расскажи об этом синьору Прасси. Можешь себе представить, как именно он тебя встретит?

– Могу. Не очень любезно. Боюсь, что в этом случае он решит сначала изнасиловать меня – для показательного урока, а уже потом пристрелить.

– У тебя дурацкие шутки, – разозлился Вейдеманис. – Нам нужно срочно отсюда убираться. Ты сделал все, что нужно. Нашел убийц китайского брокера, доказал, что его действительно убили, сумел даже отправить синьора Прасси за решетку…

– На один день, – перебил его Дронго, – это не считается. Мне нужно знать, кто именно вышел на этого Прасси. Ну и, конечно, узнать, какая мразь посмела обидеть Вирджинию.

– Мы знакомы уже много лет, но мне ужасно интересно – каким образом ты собираешься это узнать? Поедешь к ним в компанию «Пилигрим», зайдешь к Прасси на дружескую беседу, и он тебе все расскажет? Или спросишь у него про насильника? Как думаешь, сколько минут ты проживешь, когда войдешь в этот «Пилигрим»? Особенно учитывая залог в два миллиона долларов, который заплатил Прасси, и скорый суд, на котором почти наверняка его посадят. Может, даже пожизненно. Я не понимаю, что именно мы обсуждаем?

– Мне поручили это расследование, и я должен хотя бы попытаться узнать, кто именно выходил на Прасси.

– Почему ты не спросил у него, когда вы его захватили?

– Начнем с того, что он бы все равно ничего не сказал. В этот момент он меня ненавидел и презирал. Но самое главное, что он наверняка не знает, кто именно заказал ему брокера, там должны были быть свои посредники. Судя по убийствам банкиров, этот человек умеет прятать концы в воду. А во-вторых, у меня была самая главная задача на тот момент – освободить Вирджинию. Любой ценой и как можно быстрее. Я и так затянул с ее освобождением, позволив какому-то мерзавцу остаться с ней наедине. В тот момент мои мысли были заняты только женщиной, больше я ни о чем не думал.

– Сейчас ты тоже думаешь о женщине, – недовольно заметил Эдгар."

"– И обо всех нас, – неожиданно ответил Дронго. – Знаешь, я никогда тебе не рассказывал. Однажды в Китае я встретился с одним стариком. Мы с ним говорили о смысле жизни, и он мне сказал, что каждый из нас может быть настоящим великаном за счет внутреннего осознания своего эго, собственного тщеславия и обычного преувеличения своих возможностей, свойственных почти каждому человеку.