Доблесть великанов

 – И меня устраивает тот факт, что синьор Прасси испытывает ко мне такие сильные чувства. Остается только немного помочь ему и подсказать, где именно меня искать, чтобы подтолкнуть его к более решительным действиям. Учитывая, что нас в доме четверо вооруженных мужчин, то его задача представляется мне достаточно сложной. Хотя я сделал все, чтобы его люди здесь появились.

ИнтерлюдияВо многих американских городах есть свои китайские кварталы, называемые «чайнатаунами». Китайцы предпочитают селиться вместе, образуя свои кварталы, с ресторанами, магазинами, прачечными, клубами и прочими атрибутами городской жизни. Уже позже в Германии начали появляться турецкие кварталы, во Франции арабские, а в Испании латиноамериканские. В самом Нью-Йорке существовали различные национальные кварталы, среди которых выделялись кварталы афроамериканцев в Южном Бронксе или еврейские в Бруклине, постепенно превратившиеся в поселения всех эмигрантов из бывшего СССР, где можно было встретить русских, украинцев, грузин, армян, азербайджанцев, узбеков и казахов. И национальные рестораны тоже были своеобразными символами этого интернационального Бруклина, казалось, воссоздававшего в миниатюрах жизнь полифоничных городов старого Союза – Одессы, Баку, Риги.

В один из таких ресторанов и приехал Лучано, чтобы встретиться со своим собеседником, который назначил ему здесь встречу. Ровно в восемь часов вечера Лучано уже сидел за столом в небольшом зале переполненного ресторана, ожидая, когда он появится. Через четыре минуты перед ним возник китаец невысокого роста, со смешной косичкой, в длинном темном одеянии. Он чуть поклонился гостю.

– Здравствуй, – кивнул ему Лучано, с любопытством глядя на это существо, и недовольно подумал про себя: «Наверное, занимается карате или еще каким-нибудь видом спорта. Хорошо, что его не видит синьор Прасси, иначе он просто не позволил бы общаться с таким хлюпиком. Хотя у китайцев ничего нельзя понять. Может, он действительно чемпион по спортивным единоборствам и настоящий профессиональный убийца».

– Вы – Лин Хэпин? – уточнил он на всякий случай.

– Да, – кивнул китаец, – мы договаривались с вами о встрече.

По-английски он говорил вообще без акцента. Видимо, родился и вырос в Америке.

– Мне рекомендовали вас, – пояснил Лучано, – поэтому я сюда и приехал.

– Мне тоже вас рекомендовали, – ответил Лин Хэпин, – и я знаю, что вам нужно.

– Тридцать тысяч, – сразу предложил Лучано. Он решил, что предлагать больше этому плюгавому существу просто неприлично. Может, он хорошо метает ножи или способен отравить нужного человека, но на роль профессионального убийцы он никак не подходит.

– Мы говорили о пятидесяти, – твердо проговорил китаец.