Доберман

За ней следом пустились два охранника, но им и за год было не набрать такой скорости, с какой неслась обезумевшая от страха Мира. Адриан вытаращился ей вслед.

Он с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться.

Молчали они уже пять минут. Солнце медленно садилось, окрашивая узкую полоску горизонта в нежно-розовый. Где-то высоко под куполом неба уже замерцали звезды, и едва прорезалась бледная луна. Ряд частных домов тянулся далеко вперед. Они все были однообразные, различаясь только цветом крыш, пристроенных гаражей и балконов. Однако дом Бастлбергов выделялся более всех: он был перестроен почти до неузнаваемости. Сбоку припаркована маленькая черная Ауди, хозяйка которой молча стояла на крыльце.

– Ты приехала, чтобы молчать? – спросил Арту, рассматривающий ее лицо. Карин, теребя темные каштановые локоны, неловко закусывала губу.

Что с ней такое? Давненько она так не волновалась.

– Я приехала сказать, что… Что вряд ли у нас что-то получится.

– «Еще, еще», «Пожалуйста, Арту, еще». Так вроде было той ночью? Тогда мне не показалось, что ничего не получится, но ты думала иначе, – невозмутимо заметил Арту.

Д’юппон пробрало до костей. Она поежилась, хотя была одета достаточно тепло.

– Ты пойми, что сейчас не лучшее время. Мне нужно кое-что решить с отцом Адриана, как-то объяснять папе, куда делся жених… Да и в общем, мы не подходим друг другу.

Карин закатила глаза и всплеснула руками.

– Очевидно же! Я – французская модель, ты – несостоявшийся инженер и коллектор… Мне нужен серьезный и статный мужчина. А не… физик в драных джинсах.

Отчего-то Арту даже не счел это оскорблением. Он сунул руки в карманы и пожал плечами.

– Что за дурь? Тебе было со мной здорово. И до секса. И после.

Вздрогнув от этих слов, Карин сжала руки в кулаки и топнула каблуком.

– А я так не думаю! Я думаю, что…

– Ты слишком много думаешь. Это я умный в нашей паре. За нас буду думать я.

Арту привлек Карин к себе, и уже склонился, чтобы поцеловать ее, как она влепила ему звонкую пощечину.

– Ты меня не интересуешь, Бастлберг! Что ты можешь мне дать? Я должна быть с тем, кто мне подходит. И это не ты.

Арту устало вздохнул и направился к входной двери.

– Как угодно. Я просто не понимаю, почему ты загоняешься по этой ерунде. Кто тебе это вбил в голову? Отец, что ли? «Подходит-не подходит». На хрен это дерьмо. Если мне и тебе хорошо вдвоем, забудь о любой ерунде. Все само сложится. Как у Адриана и Миры. Но все для тебя – прощаемся.

Едва Арту собрался открыть дверь, как Карин одернула его руку.

– А что Адриан и Мира? Отличный пример! Они совершенно не подходят друг другу.

Бастлбергу начинала надоедать эта песня про судьбу и кто кому подходит.

– Они друг друга любят и вместе выстраивают отношения. И Адриан меняется, и Мира.