До тебя…

Как тебе мой план?

– Отличный.

Дина пыталась помочь. Скорее всего, по просьбе того же брата. И если ранее Настя даже испытывала благодарность к мужу, то сегодня всё, что касалось Зареченского, воспринималось слишком остро.

Его хотелось прибить. Четвертовать. Спалить на костре. Замуровать.

В общем, сделать с ним что-нибудь нехорошее.

Девушки прошли на застекленную веранду, и Настя тоскливо вздохнула. Даже погода соответствует её пасмурному настроению. Небо заволокли тучи, ни намёка на пробивающиеся солнечные лучи, и градус температуры резко упал, на улице было не больше двадцати, да и ветер не на шутку разгулялся, загибая ветки и срывая листья. Цветам и декоративным растениям, что украшали садовый ландшафт, доставалось больше всех.

Дина пришла, неся одновременно два пледа и поднос с горячими напитками. Настя, охнув, поспешила ей на помощь, забирая поднос.

Девушки уютно расположились в креслах-качалках, укрывшись пледами.

– Так что у вас произошло, Настя? Не хочешь поделиться?

– Ты вроде бы как хотела услышать про мои сны.

– И про них тоже.

– Мне нечего скрывать. И, кстати, после разговоров с тобой мне становится легче. Никогда не думала, что это скажу, но разговор с психологами реально помогает.

– Расценю, как комплимент.

Дина не торопила её. И Настя сдалась.

– Кошмары начали беспокоить ещё в больнице, сразу после теракта. Я не знаю, как было до него. Сначала я не обращала на них внимания, да и кто особое значение придает снам? О, если только парапсихологи. Обычные люди – нет. И я бы до сих пор на них не зацикливалась, это… твой брат зачем-то тебе сказал. Ну, да, снится какая-то ерунда. И я просыпаюсь в жутком состоянии, наверное, близком к панике. Кстати, когда твой брат рядом – всё нормально, сразу успокаиваюсь. Дина, и не смотри на меня так! Тебе ли не знать, какие у нас отношения, и что мне твой Зареченский пинка под попу даст, как только я рожу.

– Хмм… ты так думаешь?

– Про что?

– Про пинок.

– Уверена, на сто процентов."

"– Странная уверенность, – Дина сделала глоток, обхватив чашку с чаем обеими руками. Пальцы девушки украшали крупные кольца, придающие ей эксцентричность. – И что именно тебе снится?

– Ничего, – Настя так же взяла чашку и повторила действия Дины. Теплая чашка в ладонях дарила уют и видимое спокойствие. Даже ветер за окном начинал восприниматься иначе, спокойнее. Не так бередил душу. – Себе снюсь я, любимая.

Она иронизировала.

– Это как? Если не сложно, поподробнее расскажи?

– В основном мне ничего не снится, Дина, я уже сказала выше. Темнота или туман. Возможно, я плохо помню свои сны. Не запоминаю, да и не стремлюсь. По поводу моего второго заявления…Что себе снюсь я. Так и есть.