До последней звезды

– Ты подожди меня, я душ приму, – сказал Михаил, входя в квартиру, – чайник пока поставь…

Он тут же увидел кухню ее глазами и содрогнулся. Уходя утром, он торопился, не убрал посуду да еще пролил кофе, некогда было вытирать. И теперь посреди стола красовалась едва засохшая лужа бурого цвета, очертаниями напоминавшая Аральское море. Впрочем, говорят, что Аральское море уже давно высохло и то, что рисуют на школьных картах, есть самое настоящее вранье.

В луже валялись осколки чашки, как корабли, намертво вставшие в песок. И в довершении на кучке рассыпанного сахарного песка сидели две жирные осенние мухи.

– Извини… – пробормотал он, – извини, пожалуйста, за беспорядок…

И поскорей скрылся в ванной.

Когда он вернулся через пятнадцать минут, все было убрано, стол чисто вымыт, но не зря он был знаком с Лизой достаточно долго и хорошо ее изучил. Он поглядел ей в глаза и понял, что она не скоро простит ему то, что ей пришлось разгребать за ним грязь. Вместо того, чтобы окончательно сломить, эта мысль придала ему бодрости. Или же он воспрял духом после горячего душа.

Он не успел купить еды, и на столе стояла тарелка с засыхающим сыром и кусками черствеющего батона. Михаил тут же вспомнил, как его мама из такого же набора продуктов умела сделать вкуснейшие гренки с сыром, и даже сглотнул слюну, почувствовав несуществующий запах. Отчего-то вспомнилась та девчушка из супермаркета, Аля. Уж она-то не стала бы подавать близкому мужчине к чаю одну черствую булку! Он невольно заулыбался, вспомнив, при каких обстоятельствах они познакомились. Забавная какая девчонка, надо же – имени своего стесняется…

– Садись! – пригласил он Лизу. – Уж чем богаты…

– Спасибо, я совсем не голодна, – проговорила она, – и вообще я ненадолго.

Этим, надо полагать, она хотела дать понять Михаилу, что на сегодня никаких постельных утех не предполагается. Михаил, сообразив это, не слишком огорчился, ему тоже сегодня было не до этого. Он устал, бегая по подвалам, и вообще, хотелось на свободе поразмыслить насчет прадедова тайника.

– Ты обещал показать мне часы, – напомнила Лиза.

– Какие часы? – Михаил поперхнулся горячим чаем.

– Те самые, серебряные, папино наследство, – терпеливо объяснила Лиза.

– Я… я не могу, – Михаил отставил чашку, – у меня их нет.

– Где они? – Лиза повысила голос. – Ты обещал их принести!

Михаил вспомнил, что ничего ей не обещал, однако, возможно, она не так поняла.

– Да зачем они тебе? – Он тоже невольно повысил голос. – Что особенное ты хочешь увидеть? Обычные недорогие часы, ничего в них нет интересного…

Видя, как сверкают ее глаза, он из чистого упрямства повторял одно и то же. Теперь он уже не собирался рассказывать Лизе ничего про часы.