До последнего вздоха

— Так кто тебе дал право что-то решать, Василий? – главный напрягся ещё сильнее."

"Алекс слегка прищурился, верхняя губа у него дёрнулась. Медленно, хищной крадущейся поступью он приблизился к нам. Крепко взяв за подбородок, заставил меня поднять голову. В том месте, где были его пальцы, кожа покрылась невидимыми ожогами-волдырями. Глаза были сухими. Не знаю, откуда взялась капля, оставившая след на моей скуле. Он поймал её указательным пальцем, стёр. Нерв на его лице дёрнулся. Костяшки на руках были сбиты, на лице – щетина, волосы лежали в беспорядке, только прядь привычно падала на лоб. Сознание мутилось, живот свело голодным спазмом и страхом.

— Я всё ещё жду ответ, — размеренно выговорил он.

— Давай откровенно, Сильвер, — от охранника смердело испугом, но, надо отдать ему должное, он не показывал его в открытую. – Я собрал лучших. Провернуть то, что провернули ребята без лишнего шума, под силу не каждому. Им нужно расслабиться. Тем более, — он указал на меня кивком, — на неё нет заказчика. Сама сунулась, — цинично хмыкнул он. – Грех было не прихватить.

— Сама, значит, — не вопрос и не утверждение. И снова пристально на меня. Эти слова были адресованы именно мне.

Я резко отвернулась, выдернула подбородок из его пальцев.

— Так что с ней? – подал голос Вас. – Для отправки она не подойдёт. Разве что предложить местным ребятам. Некоторые из них как раз подбирают новых шлюх.

— Я подумаю над этим, — Алекс отвернулся, проводил взглядом охранника, уведшего двух брюнеток. – Значит, твои парни положили на неё глаз… Хорошо. Но вначале я сам займусь ею, — невзначай он тронул мою ногу. Как раз в том месте, где в кармане лежали ножницы. – Отведи её в комнату. Закончу с делами и лично проверю, как она в деле.

Глава 11.2

Приведший меня в комнату охранник был хмурым и неразговорчивым. На его узком, с непомерно большими, похожими на телячьи губы лице читалось безразличие. Те, что были рангом повыше, остались в комнате с Алексом и девушками.

— Жди тут, — бросил он напоследок.

— Чего я должна ждать?! – меня в буквальном смысле трясло.

Живот начал ныть ещё когда я увидела Алекса и с того момента не переставал. От этого было по-настоящему страшно. Я не могла контролировать это, не знала, как уберечь свою Горошину. Что, если у меня начнётся кровотечение? Что, если я не справлюсь?! Под босыми ногами был жёсткий ковёр, со стены смотрела нарисованная акварелью русалка. Абсурдность происходящего плохо давалась восприятию. Моё сознание отказывалось принимать всё это. Пять лет я выстраивала своё счастье. Хранила его и лелеяла. Порыв ветра, набежавшая волна, и от песочного замка остались развалины. Горстка песчинок от высоких башен, камни от надёжной крепостной стены. Только вокруг всё тот же ров с утыканным острыми кольями дном.