От дворца до острога

разрешено было их освобождение: устаревшее посессионное право ограничивало инициативу предпринимателей, которые, впрочем, мало стеснялись им и постоянно нарушали. Казенные и кабинетские предприятия стали использовать труд «непременных мастеровых», набиравшихся путем рекрутирования, как солдаты, с наследственным положением, а купечество все шире стало прибегать к наемному труду. Однако окончательно приписные и посессионные рабочие были освобождены только с отменой крепостного права.

Но пришло время и каторжники покинули рудники, а рудничные работы оказались полностью в руках вольнонаемных – освобожденных в 1862 г. заводских работников. Работали они в течение двух недель по 12 часов, а третью неделю отдыхали. Вознаграждение у них было по-прежнему одинаковое со ссыльными: на заводах и рудниках по 50 коп., на золотых промыслах – по 2 руб., да еще казна прибавляла к этому по 2 пуда муки в месяц.

Все это было в «процветающей» и «динамично развивавшейся» России.

Была еще одна категория «рабочих» – крепостные крестьяне на помещичьих мануфактурах. Все более нуждаясь в деньгах (с развитием понятий о роскоши и комфорте натуральное хозяйство все менее удовлетворяло помещиков), душевладельцы все чаще заводили свои предприятия, в основном для переработки собственного сырья. Для их обслуживания использовались и свои крепостные, обычно работавшие «брат за брата»: один человек из семьи постоянно жил и трудился на мануфактуре, за что вся семья освобождалась от повинностей. Семье, разумеется, было хорошо, но положение таких мастеровых граничило с рабством, что сильнейшим образом воздействовало на нравственность таких рабочих. Они считались кончеными людьми, и пьянство, воровство, разврат, полная аморальность были неотъемлемыми признаками помещичьих мастеровых. Впрочем, такие рабочие, сравнительно немногочисленные (помещичьи фабрики были небольшими), сосредоточивались почти исключительно в деревне, перерабатывая сельскохозяйственное сырье.

Огромная масса рабочих, преимущественно портовых грузчиков и бурлаков, состояла из босяков, беспаспортных бродяг. Хотя беспаспортный подлежал высылке по этапу к месту жительства или ссылке на жительство в Сибирь, нуждавшиеся в рабочих руках предприниматели всячески укрывали их от полиции или просто подкупали ее, чтобы она не совалась к рабочим. Зато такие рабочие и были абсолютно бесправны: их в любой момент можно было обсчитать, выгнать или выдать полиции. А это было чревато неприятными последствиями: босяки не только не имели «вида на жительство», то есть были беглыми, но частенько имели и более серьезные счеты с законом: почти сплошь это были воры, разумеется по мелочам, если что-нибудь плохо лежало, но нередко и грабители и даже убийцы.