До конечной (СИ)

— Ты слишком мнительная девочка, — оценив моё состояние, Женя пытается успокоить.

— Какая есть… — лепечу, спускаясь чуть ниже, к подмышечной впадине. Найдя уютное место, зарываюсь в него лицом.

— Ян, прекрати дуться, иди сюда, — Женя пробует вытащить меня обратно.

Вцепившись в него мертвой хваткой, не позволяю сдвинуть себя с места.

Моя глупость, кажется, побила все рекорды, обернувшись неудачей.

Я думала, что секс хоть немного нас сблизит. Что в его памяти произойдёт хоть какой-то сдвиг. Но кроме страсти Женя ничего не испытал ко мне. Абсолютно! Поэтому расхотелось навязываться ему и дальше строить из себя эскортницу.

— Мне здесь удобно, — говорю, как есть, прижимаясь плотнее к его горячему бедру.

— Ладно, как скажешь. Не стану тебя разубеждать.

Пальцы гонщика снова опускаются на висок, гладят его, затем медленно погружаются в волосы, пропуская сквозь пальцы пряди.

Кажется, что моё тело больше не имеет формы, оно размягчается, превращаясь в растопленный воск…

— Расскажи мне о сыне. Я не помню о гибели Виктории совсем ничего. Почему она скрывала Тима?

— Считала, что ты ею воспользовался. Затем узнала о твоей женитьбе на популярной певице и решила, что так будет лучше для всех.

— Решила, значит… — из груди Захарова вырывается огорчённый вздох. — Могла бы спросить, не хочу ли я участвовать в его воспитании.

О моих эгоистичных поступках молчит. Видимо, ещё не знает, что я тоже пыталась скрывать от него родного сына. В прошлом мы всё выяснили и оставили причинённую друг другу боль позади. Если вскоре об этом узнает, как отреагирует? Перестанет мне доверять?

— Ты его усыновил. Ты знаешь об этом?

— Знаю. Вал мне рассказал некоторые факты, недостающие в пробелах моей памяти. Кстати, как ты себя чувствуешь? Как обстоят дела с беременностью?

— Тебе действительно интересно? Просто, ты многого не помнишь, и мне страшно, Женя.

— Чего ты боишься? — его попытка приподняться на локтях заканчивается фиаско. Пугает меня до чертиков прозвучавшим глухим стоном.

Выбираюсь из-под одеяла, сажусь и озадаченно осматриваю его плечо.

— Тебе нельзя делать резких движений. Ты снял повязку.

— Чего ты боишься, Яна? — уже громче и настойчивее повторяет свой вопрос, игнорируя моё замечание.

Приходится посмотреть ему в глаза и растолковать свои страхи.

— Того, что наш малыш родится внебрачным ребёнком.

— Главное, чтобы он был здоров, разве нет? — притянув меня за руку, обратно укладывает к себе на грудь. Мы уже говорили об этом.

— Я помню, Женя, но я хочу настоящую семью. Я не смогу долго мириться с подобной ситуацией. Так не может продолжаться вечно…

Глава 25. То, что доктор прописал

Евгений

Утро нового дня встречает меня затёкшим плечом, эрекцией и спящей красавицей под боком.