До кончиков пальцев

В его глазах зашкаливали чувства, и пусть там не было нежности и любви, а только невероятная боль, переплетённая со злостью, но это было лучше, чем это равнодушие и лёд…

— Я больше никогда так не сделаю, — уверила она и сделала шаг к нему, пытаясь обнять, но он резко развернулся и пошёл вниз, бросив ей:

— На будущее будь всегда на связи!

9 сентября

Ксюша лежала и смотрела в потолок. В её душе была такая же непогода, как и на улице, и дождь бусинками слёз стекал по её лицу снова и снова. После того вынужденного объяснения в любви Артём не изменился, он по-прежнему был холодно равнодушным к ней, и это убивало, но если раньше она просто не верила его словам, что он больше не любит её и это давало надежду, что он скоро не выдержит и всё будет как раньше, то теперь он признался ей, что любит её, но не хочет продолжения отношений, и это было похоже на правду, и от этого было страшно.

Катя многократно убеждала её, чтобы она взяла себя в руки и вела себя с ним зеркально, внушала ей, что мужчинам не нужна девушка, которая вешается на шею и признаётся, что без него не может, что им нужна та, без которой не могут они… Но как же сложно было, находясь с ним рядом, быть такой же неприступной и холодной, как он! Сейчас она особо остро чувствовала, что он был в её жизни всем! Он был её собственным продолжением. Только с ним она чувствовала себя единым целым. Он был в её жизни тем, после которого другие вообще не имели шансов.

Просыпаясь каждое утро, она корила себя за то, что, вместо того чтобы радоваться отличным новостям о здоровье сына, она топит себя удручающими мыслями о его отце.

В комнату вошёл Артём, и она поспешно стёрла слёзы со щёк и ответила на его «привет».

Он подошёл к кроватке сына и, улыбаясь, стал с ним разговаривать. Мальчик улыбался ему в ответ. Он вообще в последнее время очень радовался Артёму и тянул ручки, чтобы тот брал его к себе. Это была трогательная картина, и она, безусловно, действовала как бальзам на её измученное сердце, но всё остальное оставляло желать лучшего.

Артём поднял на неё глаза.

— Тёма сегодня в хорошем настроении.

Она кивнула.

— Он мне тоже улыбался всё утро.

— Расскажи мне что-нибудь о нём.

Она пожала плечами.

— Я не знаю, что тебе рассказать.

Потом подумала и продолжила:

— Он очень спокойный мальчик.

«В отличие от тебя», — добавила она про себя."

"— Когда он родился, то практически не плакал, только ел и спал. Я была очень удивлена, поскольку Катин Миша замучил их своим нескончаемым плачем.

Ксюша взглянула на него и увидела, что он внимательно слушает её и даже смотрит по-другому, не так, конечно, как раньше, но лёд в его глазах растаял.