Я до сих пор не царь. Книга XXVII

Освободителя от разума и логики!

Согласно последним донесениям, войска на границах с честью отражают регулярные вторжения тварей, чьи зубы все чаще тянутся к нашим селениям. Хотя некоторые недоброжелатели утверждают, что стычки участились настолько, что уже сами монстры строят укрепления и патрулируют дороги. Но, конечно, это все происки врагов.

Внутри Империи зафиксирован небольшой, едва заметный, чисто микроскопический скачок преступности. Особенно в районах, где народ еще не получил полной дозы Патриотического Успокоительного.

Кстати, о нем! Все чаще в городах появляются благотворительные общества, предлагающие людям немного внутреннего спокойствия в обмен на внешнее. После двух сеансов, как сообщают очевидцы, даже самые буйные бунтари становятся кроткими, как овцы, и тихо блеют.

Однако в некоторых уголках Империи проявляются очаги неразумного недовольства. Протестные шествия с лозунгами вроде «Хватит нам чудовищ, дайте хлеба!» Зафиксированы попытки местных кузнецов выковать мечи здравомыслия. Голоса недовольных звучат все громче. Особенно после того, как в одной провинции старушка обвинила царя Петра в том, что ее курица стала класть квадратные яйца. С чем, согласитесь, тяжело спорить…

На этом фоне в кулуарах все чаще звучит аккуратный шепот: «А не пора ли нашему мудрому царю… ну, скажем так… взять длительный отпуск? Где-нибудь далеко. Без права возвращения. Желательно в другую реальность?»

Мы же, как честные журналисты, ничего не утверждаем. Просто наблюдаем. И надеемся, что монстры это не мы.'

* * *Центральная городская больница им. Чехова.

г. Москва.

Центральная городская больница им. Чехова никогда не казалась особенно загадочной. Серые стены, скрипучие полы, гул неоновых ламп, запах хлорки, растворимого кофе и магии. Но на четвертом этаже, за стальной дверью без таблички, под постоянной охраной людей в форме без знаков различия лежал один из сильнейших магов в Империи. Александр Сергеевич Пушкин."

"Двухметровый гигант был в коме, но даже так он казался грозой магического мира. Врачи шептались: магическая дуэль с Есениным, по слухам, случилась из-за спора, кто сильнее. Но вышло, как вышло.

В ночь, когда бушевала метель, на территорию больницы зашла Лора Палмер. Ни ордеров, ни пропуска, ни объяснений. Просто прошла. Через главные ворота в халате врача. Палата, где лежал Пушкин, была обозначена как Палата №Ч и в документах она числилась как технический склад.

Лора коснулась дверной панели: замок мигнул зеленым. Внутри все было стерильно. На тумбочке целая кипа яблок, на стене карта Империи с выжженными границами. Александр лежал спокойно, грудь спокойно поднималась. Лора сняла перчатки, приложила ладони к его вискам и вошла в его сознание.