Мой театр. По страницам дневника. Книга II

 – «Владимир Леонидович, пусть это все будет на вашей совести, не на моей».

На следующий день, 17 января 2013 года, в МХТ им. А. П. Чехова в Камергерском переулке праздновалось 150-летие со дня рождения К. С. Станиславского.

С юности я дружил с А. Ю. Шполянской – одной из кариатид МХТ, пресс-секретарем О. П. Табакова. Приходил туда на спектакли и просто посидеть, посмеяться у Аллы в кабинете – маленькой каморке без окон. Иногда мы угощались шампанским, иногда чем-то покрепче, бутербродики она мне организовывала.

Накануне торжества Шполянская позвонила: «Цискаридзе, ты должен обязательно прийти! Учти, ты сидишь под камерами! Олег Павлович сказал – на это место посадить только Колю».

А в зрительном зале МХТ есть несколько особенных, именных кресел. В результате: на месте К. С. Станиславского сидел О. П. Табаков, мне досталось место самого А. П. Чехова. Занимавший место В. И. Немировича-Данченко Швыдкой подошел ко мне демонстративно, поздоровался, чтобы все видели, что он со мной – мир, дружба, жвачка. В предпоследнем ряду партера затерялся Филин со своей очередной новой девушкой. Зал заполнился известными людьми. Мы радостно здоровались друг с другом, с кем-то раскланивались, с кем-то целовались.

Вечер получился замечательным, даже жаль было, что он на один раз. Когда закончился спектакль, я выходил из зрительного зала в числе последних. Шполянская уже ждала меня: «Нет, Цискаридзе! Ты должен еще посидеть, потому что будет банкет, пойдем к Палычу». А у меня на следующий день экзамен в юридической академии. Но спорить с Аллой – занятие бессмысленное, я сдался: «Сейчас возьму вещи и приду к вам».

В гардеробе я взял куртку и пошел в сторону выхода, потому что именно там находилась дверь, которая вела в кабинет Шполянской. С удивлением заметил, что за мной явно приглядывают. В какой-то момент человек исчез, видимо решив, что я вышел из театра.

А у Шполянской мало того что каморка без окон, там еще и мобильная связь отсутствовала. В кабинет набились журналисты. Посидев там, мы гурьбой пошли к Табакову на большой банкет. Я все время порывался уйти, завтра с утра учеба. Алла ни в какую: «Да ладно, Цискаридзе! Ты у нас отличник! Посиди, Колька, посиди!» В общем, она меня задержала.

Я вывалился из МХТ в 1:00 ночи, то есть наступило 18 января. Пока мы праздновали, в городе выпал снег, весь Камергерский переулок, все вокруг белым-бело. Опять снег… Снег, как знак чего-то важного в моей жизни… Снег, который сопровождал меня с рождения…

На вечере том я был с одной своей приятельницей, она и собиралась меня домой отвезти. Когда мы чистили машину от снега, у меня зазвонил телефон. Какая-то радиостанция, спрашивают: «Николай, как вы можете прокомментировать нападение на Сергея Филина?» «Я вообще ничего про это не знаю», – ответил я.