Дневник (не)ловкой попаданки (СИ)

Сейчас храм заброшен и охраняется воинами Императора. Я не обманывал: оттуда никто не возвращается. Мой вопрос: Лео, расскажи о себе.

— Я, в отличие от Полины, родился и вырос в этом мире. Родом из Ледении. ‑ Верховный маг небрежно отряхнул руки от сажи. ‑ Я аристократ из низкого рода, но маг, и маг далеко не из последних. Вхож ко двору. Попал сюда вместе с Полей. Из её мира.

Леонарду — просто гений скромности и наведения тени на плетень!

В глаза Тору вспыхнул огонь любопытства. Почему-то, когда про другой мир говорила я, он так не реагировал. Возможно, не поверил. Но сейчас было заметно, как его разрывает от желания разузнать подробности.

…Или он осознал, что туда можно попасть отсюда. Если Лео смог, то, не исключено, ему это тоже по силам. Главное, выяснить, как.

Мы бы тоже хотели знать ответ на этот вопрос. Жаль, задать его было некому.

— Тору, расскажи, кто такие «нэдзё»? — Лео перешёл к «вопросной» части своей речи.

— Точнее, почему их боятся воины Императора? — внесла я коррективы, и мой компаньон кивнул, соглашаясь.

— Словом «нэдзё» ‑ «ведьма» ‑ нередко обзывают привлекательных молодых девушек. Воины Императора не имеют право вступать в связь с женщинами, не несущими Высокую Кровь.

— Это неправда, ‑ вмешался Леонарду.

— Правда. Исключение составляют случаи, если таково прямое веление Императора. И оно может распространяться лишь на магов, которые способны управлять семенем, ‑ возразил Тору. — Но вопрос был не об этом значении слова. А о тех, кто является нэдзё по-настоящему. Так называют потомков Айхото.

— То есть одарённых? — уточнил Лео.

Тору поднял руки:

— Это больше, чем один вопрос. Но теперь, когда мы всё же убедились, что не враги друг другу, предлагаю изменить правила. Я понимаю, что вы говорите не всё. Как и я. Всё же чувство самосохранения нам не чуждо. Давайте попробуем обменяться той информацией, которой каждый из нас может поделиться.

— Я за, — подняла руку я.

Лео тоже.

— Возвращаясь к нашей теме, ‑ продолжил родонец. — Не каждый маг — нэдзё. Считается, что Айхото одарял свой благосклонностью несчастных дев, и после этого у них появлялись дети с особыми талантами.

Ах, как романтично тут называют банальный промискуитет местного божка! Баба Груня хотя бы честно вышла замуж.

Правда, неизвестно, сколько раз.

— До сих пор иногда появляются дети, у которых проявляется этот дар…

— То есть Айхото продолжает одаривать сирых и убогих своим благословением? — не сдержалась я.

— Увы, Полина, к сожалению…

— … последние двести лет Айхото никого не благословлял. И вообще не подавал признаков жизни, ‑ прервал Лео родонца. ‑ Да, Тору? Ведь ты его, жрец, да?

Лицо нашего «спасенца» заморозилось.