Любовь на троих. Очень личный дневник

Я падала, падала, одновременно с этим поднимаясь всё выше… Выше этого коридора. Выше колледжа. Выше неба. Выше себя. Выше моего понимания…

Сколько длилось это сумасшествие, я не знаю. Он отстранился, и я почти физически почувствовала, как рушится это волшебство, построенное на хрупком фундаменте… желания?

Было трудно дышать. И сфокусировать взгляд на чём-то определённом тоже было трудно. Наступила тишина, нарушаемая моим… нет, нашим (!) тяжёлым дыханием.

Я продолжала смотреть на него, не в силах произнести хоть слово.

– Глупую мышку загнали в ловушку? – его голос был совершенно обычным, как будто это не он целовал меня всего несколько секунд назад.

Я собралась с мыслями, чтобы хотя бы попытаться ответить ему достойно.

– Зачем Вы так со мной? – голос мой был переполнен непониманием.

Кажется, он тоже не сразу нашёлся, что сказать. Неожиданно, недалеко от нас раздались шаги. Отчего-то я подумала, что это Алекс (с чего вдруг это должен был быть он, в самом деле?), поэтому не сразу осознала, что рядом с нами появился ректор.

– Профессор Грэй, мисс… мм… Эванс… верно?

Я кивнула, глядя на невысокого мужчину средних лет. Его огромные очки отсвечивали в тусклом свете одной из ламп.

В ночное время суток колледж освещается только энергосберегающими лампами – то есть, если вы вдруг захотите почитать в коридоре, то просто сломаете себе глаза. Такое освещение бывает в лифте, если он вдруг застревает. Интересно, неужели кому-то и вправду захочется читать в коридоре колледжа?..

– Позвольте спросить, что Вы делаете здесь в такое позднее время, мисс Эванс? Разве правила нашего учебного заведения не распространяются на Вас?

Говорил мистер Кеннир, как всегда, сухо, монотонно и безжизненно. Его тёмно-бежевый костюм, казалось, был слегка коротковат ему в рукавах, а пиджак, к тому же, жал в плечах. Замшевые бордовые ботинки совершенно не сочетались с одеждой проректора. Полоски на костюме ещё больше обращали внимание на полноту мистера Кеннира. Типичный ректор типичного (хоть и хорошего) колледжа. Жуть.

Фабиус, казалось, не собирался вмешиваться в наши “разборки”. Он стоял в нескольких шагах от меня, скрестив руки на груди. Куда делась сигарета, я понять не могла. Я готова была дать голову на отсечение, что Грэй ждёт, будто я вот-вот выдам всю правду о нём и Алексе, а заодно подслащу пилюлю рассказом о нашем поцелуе. Но он ошибался.

– Прошу прощения, мистер Кеннир, – в первые секунды я не могла поверить, что это мой голос звучит так спокойно и уверенно. – Разумеется, я знаю о правилах колледжа. На самом деле, у меня невыносимо разболелась голова и я хотела спуститься в медпункт, чтобы взять таблетку аспирина.