Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ)

– Пахомыч… как это понимать? – с усилием произнес я.

— Не понимаш? Ну, ща поясню, так уж и быть…

Старый хрен кивнул на табурет возле стола. Я уселся, жадно глядя на графин и пару стаканов.

— Пей, бедолага, – усмехнулся Пахомыч.

Схватив графин, я начал пить взахлеб прямо из горла. Хорошо хоть, простая вода, а не сэм или водяра. Дед, тем временем, обошел стол, скинул тулуп. Неожиданно было увидеть у распиздяйского старика добротный костюм, сидящий на нем, как влитой. Пахомыч уселся в кожаное кресло, снял ушанку, пригладив и без того прилизанные волосы. На дряхлой руке блеснули золотом дорогие часы.

— Где Егорыч? – спросил я, поставив графин на место. В случае чего можно метнуть его в башку.

– Егорыч? А шо Егорыч? Отправился восвояси. Дома уж, поди...

— Как так?

— А вот так. Сказал, мол, тьху на энтого Санька, одно, мол, расстройство от него, да головняк.

— Зачем тебе пистолет?

— Ну, а кто тебя знает, дурака? — усмехнулся Пахомыч, но бледные глаза смотрят цепко, холодно. -- А вдруг накинешьси?

– С чего мне на тебя кидаться?

– Да уж больно ты неугомонный, шебутной, весь город на уши поднял. Люди добрые жаловаюцца на тебя. Шастаешь, хде не попадя. Рыбзавод, стадион… – начал перечислять старик.

– Кто ты такой, Пахомыч? – резко перебил я.

– А вот энто хороший вопрос, хороший. Егорыч за лесом присматривает, а я, стало быть, за городом этим.

– Смотрящий что ли? Крестный отец?

Пахомыч поморщился и, наклонившись вперед, пояснил:

– Ты лучше величай – крестный дед, хыхы! Так оно точнее будет.

– Как так? – тупо повторил я.

– А без моего ведома ничего в Кандалакше не делается. У амеров оружие, сила. Оне за порядком днем следят, а дед, стало быть, ночью делишки делаить.

– Почему сразу не сказал? К чему эти игры?

– Приглядывалси я к тебе, Саня. Думал, энтого смутьяна-десантника с города заберешь. Так бы оно всем спокойнее было. А ты устроил безобразие, внучку мою подставил, клуб мой – лучший в городе – спалил! Вот по што ты это устроил? Одни убытки!

– И что теперь? Убьешь?

– Э, нет! У меня так легко с паравозу не соскочешь. Вначале все возместишь!

– Не, я бы, конечно, рад буду компенсировать убытки, но как? У меня столько семок нет…

– Да не нужно энто гавно! – махнул пистолетом старик. – На арену отправишься.

– Ты сдашь меня пендосам?

– Почему сдам? Уже, Санек! Только америкашки шибко злы на тебя, в форме ихней разгуливал, солдат убивал. Поэтому мои хлопцы тебя охраняют.

Я просто не могу поверить. Старый ветеран, которому доверял Егорыч, оказался матерым, мать его, мафиозо! Да к тому же, судя по всему, в сговоре с оккупантами. Мозг принялся лихорадочно искать выход из сложившегося попандоса.

– И как же я возмещу ущерб, если меня убьют на арене?

– Ставки, Санек, старые добрые ставки, улыбнулся Пахомыч. – Сегодня будет новый бой.