#длягризли

Как же он соскучился! Рик, ощущая, что он проигрывает в борьбе с самим собой, откинул мешающее одеяло и отстранился. Сел на пятки, провел раскрытыми ладонями по торсу Эвана — от горла до паха. Не хотелось оставлять его даже на несколько секунд, нужных чтобы взять из кармана джинсов тюбик со смазкой. Рик потянулся, радуясь что даже в полусне аккуратно сложил одежду на тумбе, выудил нужное. Бросил тюбик на матрас, подцепил резинку мюрреевского белья, стягивая его.

У Эвана тоже стоял. Рик, бросив ненужную тряпку куда-то за себя, обхватил ладонью горячий твердый член, погладил, приласкал головку. Большего Эван ему не дал — ухватил за волосы, заставил поднять голову и отрицательно помотал головой. Рик усмехнулся и все же наклонился, чтобы быстро поцеловать кончик его члена, а потом снова выпрямился. Погладил Эвана по бедру, прося отвести его в сторону, и скользнул пальцами между его ягодиц, мягко касаясь плотно сжатого ануса, не пытаясь проникнуть внутрь без смазки, а лишь дразня.

— Черт, ну почему нам, мужчинам, так сложно? — Эван откинулся на подушку и поморщился. — Почему нельзя просто валить и трахать?.. — Зато у меня есть обещанные мне пять минут, выданные на то, чтобы тебя потискать, — Рик успокаивающе погладил его по бедру и снова потянулся за поцелуем.

— Да иди уже сюда! — Эван обхватил его за плечи и буквально затащил на себя себя, обхватив ногами за пояс. — Давай! — он отобрал у него смазку, и члену немедленно стало холодно от мокрых скользких пальцев. — Не спеши только… — и направил его в себя.

Пожалуй, еще никогда Рику не было так трудно выполнить указание. Не спешить, когда член толкнуся в нежную, дрогнувшую от прикосновения плоть. Двигаться медленно, давая мышцам расслабиться, когда его буквально стиснуло в горячем, пульсирующем и влажном. Держать себя в руках, когда Эван смотрел на него мутными глазами и шально улыбался.

У него еще хватило выдержки, чтобы не податься назад сразу, как он коснулся животом кожи Эвана. Рик замер, ощущая напряжение Эвана, поцеловал его, и когда тот с жаром ответил, начал двигаться, пока медленно и осторожно.

— Рик… — выдохнул Эван, и собственное имя полоснуло по нервам, будто он погладил его изнутри. — Я так тебя ждал… Так покажи, что ждал не зря!"

"И эти слова будто стали заклинанием. Собственное удовльствие, жаркое и острое, застилающее глаза и плавящее кости, никуда не делось, но ушло на второй план. Рик обнял Эвана, подсунул руки ему под спину, приподнимая над матрасом, и начал двигаться, как давно хотелось — быстро, мощно.

На первый же толчок Эван взвыл, схватился за его плечи и громко от души выругался.

— Боже, да! — добавил так довольно, будто уже успел кончить. — Наконец-то! Давай, Рик…

Он больше не умолкал — торопил, ругался, стонал, вскрикивал.