Заучка для дракона (СИ)

 — Точно! Я так и знала! Как же это замечательно!

Она остановилась посреди комнаты и радостно вкинула руки вверх.

— Что в этом замечательного? — недовольно проговорила я.

Моника стушевалась. Прикусила нижнюю губу и поспешно села на кровать. Сгорбилась. Подёргала себя за мочку уха и извиняющимся голосом произнесла:

— Ну так-то, если брать вас, в смысле живых людей, то ничего хорошего. Просто я всегда очень сильно радуюсь, когда нахожу путь решения головоломки. Прости-прости!

Она сложила ладони лодочкой и виновато посмотрела на меня.

— И какое же ты нашла решение? — подобралась я, махнув рукой на поведение подруги, не со зла же она так себя ведёт.

— Я не сказала, что нашла решение, — Моника тут же выпрямила спину и подняла указательный палец, — мы нашли ключ. Магия Танцоров стихий и заклинание Подчинение совершенно точно связаны. Под заклятие попал дракон и стал терять магию. Можно предположить, что заклинание пробивает брешь в магическом фоне человека.

Я задумчиво кивнула. Именно об этом говорили сегодня Лорс и ректор.

— Видимо, магия Танцора запечатывает эти бреши, но привязывает к себе дракона.

— Но зачем?

— А вот это вопрос, — Моника посмотрела на меня, и взгляд её был предельно серьёзен, — кому это надо. Кому выгодно такая насильственная привязка. Предположим, что ни Танцорам, ни драконам это не нужно. Значит, существует третья сила. Те, кто заинтересован…

Моника замолчала, внезапно погрузившись в собственные мысли. Её брови сошлись на переносице, а губы сжались в тонкую полоску.

— В чём? — не выдержала я.

Моника медленно проговорила:

— В том, что драконы вновь восстанут против Танцоров? Кто-то хочет всколыхнуть былую вражду? Но это бессмысленно, если таких, как ты мало. Или... — в этот момент глаза Моник расширились, и мне показалось, что в них полыхнул огонь. — Кто твои родители, Клео?

73

— Если бы я знала, Моника! — воскликнула я с досадой.

— Ну да, — снова задумалась подруга.

Мы замолчали. Ответит ли мне тётушка, думала я рассеянно. Ещё в детстве я настойчиво расспрашивала её об этом, но она, всякий раз, виртуозно уходила от ответа.

— Ой! — заполошно воскликнула Моника, и я с удивлением на неё посмотрела. — А как ты себя чувствуешь?

Она вскочила, подбежала ко мне и присела рядом на корточки. Положила руки на подлокотник и внимательно вглядывалась в моё лицо. Я улыбнулась. Она выглядела такой обеспокоенной, что мне внезапно стало очень приятно от такого проявления внимания.

— Ты просто пришла. А я только проснулась. И вообще… я не очень хорошо соображаю сразу после сна, — виновато проговорила она.

Я рассмеялась и обняла подругу.

— Всё хорошо, Моника. Чувствую я себя прекрасно и прости, что разбудила так рано.