Варвар для особых поручений

 — Но следующим летом мы обязательно придём к тебе с товаром.

— Я буду ждать вас, друзья мои, — ответил купец, поочерёдно обнимая каждого воина.

— Не беспокойся за свою девушку. Я всё сделаю, — прошептал он, обнимая Вадима.

— Спасибо, друг, — ответил Вадим, обнимая его в ответ.

Выйдя из лавки, северяне тем же клином покинули базарную площадь и решительно направились в порт. Поднявшись на борт «Акулы», Свейн и Юрген тут же занялись осмотром корабля, а Рольф, отвязав от пояса увесистый кожаный мешок, с довольным видом потряс им перед носом соратников:

— Пять с половиной тысяч золотых за один переход. Когда у нас бывала такая удача?

— Не каркай, увалень, — осадил его кормчий. — Спугнёшь сдуру.

— Брось, Юрген. Пока наш книгочей с нами, наша удача никуда не убежит. Недаром его бабы любят. А удача — та же баба, — расхохотался гигант.

— Вот ведь балабол, — покачал головой Вадим. — Кому бы жаловаться. Можно подумать, они к тебе не липнут.

— Бывает иногда, — легко согласился гигант. — Но не так сильно, как к тебе.

Услышав его слова, северяне разразились громогласным хохотом, до икоты напугав проходивших мимо корабля портовых грузчиков. Забрав у Рольфа полученное от купца золото, Свейн убрал мешок под свою банку и, покачав головой, устало проворчал:

— И когда вы только научитесь языки на привязи держать?

Проверив корабль, Юрген с довольным видом встал к рулевому веслу и, вскинув голову к небу, громко произнёс:

— Сохрани нас, Тор. Навались, парни.

Воины дружно взмахнули вёслами, и драккар снялся с киля. Выведя корабль из бухты, северяне подняли парус, и вскоре персидский берег остался далеко позади. Укрепив втянутое весло, Вадим поднялся и, задумчиво посмотрев на скрывшийся в дымке берег, вдруг подумал, что будет с Сидой и увидятся ли они ещё раз.

— Только не говори мне, что влюбился в эту красотку, — раздался у него над ухом до боли знакомый голос, и Вадим, не оборачиваясь, ответил:

— Ты мне скоро в кошмарах сниться будешь, зануда.

— Так что, я прав? Влюбился? — не унимался Рольф.

— Нет. Просто вдруг подумал, что у меня ни в том мире, ни в этом никогда своей семьи не было. Родители давно умерли, а жены и детей так и не завёл. Вот так и живу.

— Мы все так живём, — грустно улыбнулся Рольф, хлопнув Вадима по плечу.

Покачнувшись, Вадим привычно потёр пострадавшую кость и неожиданно сообразил, что так и не узнал, куда подевались семьи его соратников. Развернувшись к побратиму, он внимательно посмотрел ему в глаза и, помолчав, тихо спросил:

— А куда ваши семьи подевались? Про то, как пропали корабли, я уже слышал, а вот про семьи…

— Плохая это история, брат. Грустная. Когда касатки потопили наши корабли, оставшимся пришлось срочно выходить в море. Людей кормить надо, а корабль всего один.