Ты для меня?

— Я попрошу маму…а…а как тебя называть?

— Лера.

— Лер-р-ра, — картаво повторил, прилично растягивая слоги. А после, без предупреждения, бросился на ее шею. Запутался в волосах, неуклюже обнимая. — Теперь ты — мой друг!

Все произошло столь внезапно, столь неожиданно, что сердце едва наизнанку не вывернулось от нахлынувших эмоций. Пульс ревел, лишь усиливая агонию. Он пах…Господи, этот аромат, ударивший в нос, ни с чем не спутать. Так пахнуть могут только дети! Материнский инстинкт, проснувшийся так не вовремя, причинял боль. Лера будто острую иглу сейчас вгоняла себе прямо в грудь, и наслаждалась этим, как конченная мазохистка. Обняв малыша в ответ, уткнулась носом в его мягкие волосы, и…дышала, дышала, дышала!

— Ты же будешь моим другом, правда?

— Правда!

— Почему…тогда плачешь? — Испуганно пролепетал, всматриваясь в ее лицо. — Не хочешь дружить со мной?

— Что?

Ничего не понимала в тот миг. В душе черти что творилось. Хаос полнейший, к которому была совершенно не готова. Антон прикоснулся к ее щекам, и продемонстрировал свои мокрые пальчики, растопырив их веером:

— У тебя слезки. Вот.

Надо же! И не заметила.

Ужаснувшись собственной реакции, принялась с остервенением тереть лицо.

— Вовсе нет, — поспешила успокоить ребенка. — Все хорошо.

Мальчик, заворочался, подобно котенку, которого слишком сильно сжали. Скинув с себя оцепенение, Лера ослабила хватку. Сама же, поспешила подняться на ноги.

— Пойдем-ка, найдем твою маму."

"Антон без колебаний вложил в протянутую руку, свою крошечную ладошку. Доверчиво и безропотно. Однако и шагу они ступить не успели, как двери кабинета распахнулись, и на пороге появилась взволнованная Смирнова. Едва завидев мальчика, облегченно всхлипнула, и ринулась к нему, заключая в объятия.

— Тошенька, лучик мой, где я сказала тебе быть? Я весь офис на уши поставила!

— Ну, мам…

Лера вытаращилась на женщину, до ужаса неприлично. Вот так сюрприз!

— Извини за беспокойство, — привлекла она внимание. — В саду карантин, а наша няня заболела ветрянкой. Впрочем, подозреваю, этот неуправляемый молодой человек, выжил и ее. Оставить не с кем, пришлось брать с собой.

Отвесив себе мысленного пинка, встрепенулась:

— Ну, что Вы, Анна Александровна. У Вас замечательный малыш. Мы успели подружиться.

Аккуратные бровки удивленно поползли вверх. А задумчивый небесно-голубой взгляд собеседницы, со знанием дела впился в лицо, пытаясь отыскать признаки лести, или еще чего-то, ей не ведомого.

— Да, мама! — Подтвердил «лучик». — Лера — мой друг! Но, ты должна ее поругать. Она плакала, и теперь море выйдет из берегов, и люди утонут.

— Вот как?

— Да!

— Ты же успокоил ее?

— Да! И спас людей.

— Ты поступил, как настоящий герой! А теперь, беги к крестному. Он уже приехал, и ждет тебя в своем кабинете.