Испытание для Темного

Уна хваталась за мой локоть, но у меня даже дыхания не хватало на то, чтобы подсказать ей, что и она тоже может что-то сделать.

Но одно я могла сказать наверняка: магия подчинялась плохо. То, что раньше требовало не так много усилий, сейчас словно кости из тела вынимало.

Эта вакханалия длилась, кажется, недолго, но вымотала нас всех так, что мы попадали в траву, как только всё закончилось. Резко, будто кто-то накрыл нас огромным клошем.

Стало тихо, спокойно — ни ветринки. Туман развеялся. А у меня в голове крутилась только одна мысль: “Где Гугл?”

— Шерк, как ты? — Уна склонилась над воздушником, который то и дело стирал рукавом кровь с виска.

— Нормально. Вскользь зацепило.

Двэйн стоял, опустив руки, и озирался, будто прощупывал магические потоки этого места.

— Поразительно, — выдал он, помолчав. — Тут всё буквально бунтует против того, чтобы мы шли дальше."

"— Что это были за звуки? Будто что-то живое, — уточнила я, роясь в рюкзаке, чтобы достать воду и чистый платок — промыть рану Шерка.

Одуванчик снабдил нас и кое-какими зельями — но наверное, надеялся, что нам они не пригодятся.

— Это очень хороший вопрос, лиэса О’Кин, — с лёгким ехидством отозвался претеменейший. — Но ответа на него я не знаю. Возможно, это какой-то дух…

— Смотрите! — окликнул нас Арро.

Он за чем-то наклонился — и поднял из травы большое пёстрое перо размером с его предплечье. Если оно такого размера, страшно представить птицу! Не она ли тут орала?

— Дай взглянуть, — Двэйн протянул руку, шагнув к нему.

Но не успел приблизиться, как в мгновение ока водник скрылся за туманом, который натурально возник из ниоткуда. Над нашими головами ударили крылья, по земле пронеслась бледная тень.

Мы завертели головами — и замерли, тараща глаза, когда чуть в отдалении на поляну села невероятного вида птица.

Орлиная голова, и целых три пары крыльев, расположенных вдоль длинного, как у ящерицы, тела, которое оканчивалось покрытым чешуёй и перьями хвостом. Она таращила на нас хищные желтые глаза, приоткрыв изогнутый клюв, и нервно дышала, будто наше появление вызывало в ней невыносимую бурю негодования. Её перья отливали зеленью и синевой ночного неба, каждое крыло в добавок ко всему, на сгибе имело острые когти, которые наверняка могли рассекать плоть, словно ножи.

Чем дольше я её разглядывала, тем страшнее становилось. Ничего себе птичка! В голове не укладывалось, как вообще такая туша способна ловко и почти бесшумно передвигаться по лесу, да ещё и с такой скоростью.

— Как вы думаете, она умеет говорить? — тихо спросила Уна.

— Как бы то ни было, — вздохнул Двэйн, — разговаривать она явно не настроена.

Мы все замерли, сбившись в кучу, опасаясь шевельнуться — вдруг нападёт? Она уже ясно выказала нам свои намерения.

— Где Арро? — я огляделась.