Испытание для Темного

Тьма, зашипев, растворилась, как было, когда я лечила Двэйна после ранения.

— Так… — он вздохнул. — Ещё немного… Замок тут несложный, поэтому…

Он приблизил отверстие замочной скважины к глазам и выпустил частичку своей магии — прямо внутрь. Сосредоточенно прищурился — у меня даже сердце замерло. И тут замок щёлкнул.

От радости я даже на месте подпрыгнула и тут же выхватила шкатулку из рук Двэйна.

— Наконец-то!

Открыла крышку: шишка лежала на дне, плотно зафиксированная в держателе.

Ничего не происходило. Гугл не выскочил прямо ко мне, даже его магический фон слабо ощущался. А вдруг Кадан всё же навредил ему?

— Не волнуйтесь, эффект сходит не сразу, — претемнейший словно прочитал мои суетливые мысли.

— Я могу на неё повлиять?

— Попробуйте.

Я осторожно взяла шишку пальцами и окутала коконом собственной энергии, чувствуя, как она проникает внутрь.

— Кто там у вас? — Двэйн как бы невзначай подсел ближе.

Его бедро прижалось к моему… И мы оба вздрогнули, когда Гугл, пыша жаром и сияя огненными перьями, вспорхнул прямо перед нашими лицами. Эффектно, ничего не скажешь!

— Проклятье, — выдохнул претемнейший. — Он всегда был с вами?!

Огненный филин присел на каминную полку и деловито встряхнулся.

— Приятно познакомиться, — выдал он, глядя на слегка ошалевшего Двэйна. — Гуглемирион.

— Так вот кто виновник ваших не совсем объяснимых умений, — претемнейший разве что пальцем не погрозил. — Как вы умудрились обрести фамильяра? Я знаю только пару магов, у кого они были. Но сейчас таких уже нет.

— О, это довольно скучная история, — отмахнулась я. — И я всё же надеюсь, что вы не доложите о Гугле принцу?

— Если он и дальше будет скрываться так же хорошо, в этом не будет необходимости, — пожал плечами Двэйн.

— Я вообще и не хотел показываться, — нахохлился филин. — Только перед тобой, тёмный. В качестве благодарности за освобождение.

От такой фамильярности Привратник опешил ещё больше. Сейчас он выглядел забавно растерянным. Надо же, сам в себе носит аж четыре облика, а огненной птице удивился!

— Ладно хоть ты мне благодарен, — выдал он с горькой усмешкой. — А вот твоя…

— Спасибо, — проговорила я, даже качнулась в его сторону, но на такие простые, лёгкие объятия, какие вышли у нас с Арро, не решилась.

Словно стоп-кран кто-то дёрнул. Или наконец сработало атрофированное чувство субординации… Кто знает.

Но казалось, я обожгусь, если коснусь Двэйна. А то и вовсе сгорю — хоть и сама огонь. Претемнейший распознал мой задавленный в корне порыв — и его губы разочарованно сжались. А мне стало вдруг до удушливости жарко.

Что вообще со мной происходит?

Повисло неловкое молчание. Двэйн смотрел в огонь, птиц — с осуждением — на него, а я разглядывала свои сложенные на коленях руки.