Приватный танец для Командора

— И как? Понял?"

"— Понял, но если бы ты на спарринге безжалостно не потопталась по моей мужской гордости, — Райдэк показательно скосился на эту самую ""гордость"", бодро начавшую опять поднимать голову, — ощущения были бы намного приятнее.

— Так это ты ко мне в душ за приятными ощущениями заявился? Не отморозил их себе? Не?

— Стерва рыжая, — с бархатистой нежностью в голосе проворчал Райдэк. — Не отморозил. Зато удостоверился, что ты и Пульсар — одна и та же женщина. Я тебя узнал, — довольно сверкнул глазами он.

Держите меня семеро. Узнал. Ну, понятно, если он видео со мной до мозолей на руках затер, странно было бы, если бы не узнал.

— А почему сразу не разоблачил? Зачем хороводы вокруг меня водил?

— Потому что когда увидел выходящего из твоей каюты Гилберта, меня начали мучить серьезные подозрения.

Совершенно не улавливая ход мыслей Райдэка, я свела брови к переносице, вопросительно глядя в его глаза.

— Я вдруг подумал, что все это подстроено конгломератом. Все выглядело более чем странно, сама посуди. Самая обычная стриптизерша соглашается на приват, а когда получает за него большие деньги, то вместо того чтобы зацепиться за богатого клиента, немедленно избавляется от кредитов и начинает от меня прятаться, подогревая градус интереса до максимума. Что это, как не тонкая и умелая игра? Я бегаю за ней, ищу, схожу с ума, а она вдруг каким-то непостижимым образом под именем капитана Паркер появляется на моем корабле. Зачем? Женщина, обладающая феноменальной памятью, нестандартной логикой мышления и обширными знаниями в технике, и при этом под маской танцующая на пилоне — может быть только шпионкой.

Наверное, у меня было очень ошеломленное лицо, потому что Райдэк, тихо рассмеявшись, схватил меня за плечи, потянув на себя.

— Ну, мне тогда так казалось, что только шпионкой… — губы Торна нашли мои, согревая уютным теплом. — Пока ты меня в лифте не отбрила…

Следующие пять минут Райдэк самозабвенно меня целовал, наверное, в отместку за то, что в лифте я ему за это же дала по морде, а когда отклеился от моих губ, прищурился и спросил:

— Я все-таки одного понять не могу: зачем ты согласилась на приват?

В душе кошкой заскреблась не вовремя проснувшаяся совесть. Да, представьте себе, она у меня, оказывается, была. Даже думать не желала, какой могла быть реакция Торна на мое откровение.

— Я же тебе говорила — просто хотела посмотреть на того, кто мне аплодировал, а ты уселся так, что мне не то что лица — фигуры твоей не видно было… Пришлось танцевать.

— Ну, хорошо, — как-то подозрительно нахмурился Райдэк. — Станцевала, увидела, могла уйти… Почему осталась?

Я облизала губы, оттягивая время, чтобы придумать убедительное вранье.

— Понятия не имею, — выдвинула совершенно идиотскую отмазку я.