Белоснежка для его светлости

И не потому, что я посочувствовала ей. Скорее уж, себе. Ведь одно дело, когда на горизонте появляется бывшая возлюбленная, которая счастливо замужем за другим. И другое – когда она жалеет о разрыве с тем первым, кому не только разбила сердце, но и опозорила его перед семьей, подчиненными, соседями – да перед всем крылом! Где это видано – бросать жениха перед алтарем?! Некрасиво, жестоко, низко… даже если виной тому внезапно нагрянувшее светлое чувство.

– И как он это пережил? – спросила я, когда молчание собеседницы затянулось.

– Сначала много пил, потом пару суток где-то шатался, улетев на виверне, а когда вроде как оклемался – едва не погиб на задании, позволив монстрам с Изнанки зажать себя в угол. Если б не мы с Ингольвом, крылом бы сейчас управлял Дьяр или тот, кто бросил бы ему вызов и смог победить. Короче, плохо Варг пережил потерю Регины.

– Предательство, – тихо прошептала я, но Эннарин не отреагировала, погруженная в воспоминания.

– Несколько лет вообще нормальных женщин к себе не подпускал, довольствовался шлюхами с побережья…

– Опустим подробности, – попросила я, и на этот раз меня услышали.

– Потом привез с материка близняшек, которые его полностью устраивали в качестве неприхотливых любовниц. А он устраивал их.

– Зачем тогда связался с Камелией? – Хоть тема мне и была неприятна, от лишней информации я решила не отказываться. Когда еще такой случай представится?

– Уна их свела. Тетка под ее дудку, как собачка ручная, пляшет. Вот и решила, видать, наша раскрасавица подсунуть эррисару в постель ту, кем можно вертеть, как ей вздумается. Об циркачек-то она зубки пообломала, эти две девицы себе на уме. – И, заметив, как я, не сдержавшись, все-таки скривилась, усмехнулась: – Не воспринимай близко к сердцу, Снежана. Любовницы для Варга как вещи, удобные и красивые, но недостаточно ценные, чтобы не расстаться с ними в угоду более важной цели.

– Это какой же?

– Ты, ваши будущие дети, – охотно перечислила заместительница моего мужа. – Скажу по секрету, – она перешла на доверительный шепот, воровато взглянув на дверь и открытое окно, – уезжая за невестой в снежное крыло, наш эррисар заверял друзей, что договорится с будущей женой и ничего в его жизни особенно не изменится. А вернулся оттуда с мыслями о собственной семье и черноволосых малышах с серебристо-серыми глазами.

– Вернулся? – Я наморщила лоб, пытаясь просчитать хронологию событий. – То есть он сказал вам все это еще до нашей свадьбы?

Женщина загадочно улыбнулась, но четкого ответа так и не дала.