Сваха для дракона

Деревянные щиты, поднимавшиеся во время бурь, выдерживали натиск песчаных смерчей и оберегали дома цурионцев от неминуемого разрушения. Но даже воспоминания о них нагоняли на меня ужас.

– Так же, как у вас нет доказательств невиновности. Князь в состоянии сложить несколько очевидных фактов, чтобы получить нужный вывод.

– Да вы угрожаете мне! – восхитился Одхан, хлопая в ладоши. – Какая прелесть!

Разговор затягивался, петляя из стороны в сторону. И пускай плащ надежно укрывал меня от ледяного ветра и брызг дождевых капель, я устала пытаться перекричать ветер.

– Пойдемте в дом, – со вздохом предложила я, зная, что разговор будет долгий и непростой. С Одханом не бывало иначе.

Рыжие волосы от влажности завивались кольцами у висков, и светлокожий Одхан стал напоминать мальчика-подростка, который пытается вести себя как взрослый.

– Прохладно у вас тут, – пробормотал он, едва переступил порог, и тут же щелчком пальцев заставил вспыхнуть камин. Деловитое пламя заскакало на поленьях, выгоняя из гостиной стылую сырость и заброшенность. Ковер залило теплым оранжевым светом, и я успокоилась. Он не сможет мне навредить, как бы не пытался. Но Одхан, кажется, и не собирался делать ничего подобного. Уютно устроившись в кресле напротив очага, он с любопытством озирался в поисках примечательных вещичек.

– Скромно и со вкусом, – одобрительно прищелкнул языком, закидывая ногу на ногу.

– Чай не предлагаю. И прошу воздержаться от ваших проделок, – я покачала головой, садясь рядом. Сбросить маску оказалось не так просто, но когда удалось оторвать ее от образа, к которому она пристала словно вторая кожа, дышать стало проще.

На мое замечание он лишь кокетливо повел плечом: с тихим звоном на столике появились две чашки. Я уже принимала из его рук питье, но до выяснения обстоятельств решила на этот раз повременить.

– Ималь, что вы знаете о Кане?

Я задумалась. Лишь основные факты биографии, дату восхождения на престол и прочую чепуху, которую так любят обмусоливать на всех торжественных сборищах.

– Не слишком много.

Волшебник усмехнулся, делая определенные выводы.

– А что вы знаете обо мне?

– Еще меньше.

Лениво потянувшись к огню, он позволил языкам пламени лизнуть пальцы. Любой, решившийся на этот маневр, рисковал заполучить пару болезненных ожогов, но Одхан остался цел и невредим.

– Драконье благословение, – пояснил он, показывая мне ладонь без единого изъяна – как будто не в огонь совал руку, а под струю воды, – как вы знаете, я человек. Лоркан – дракон. Но у благородных драконов есть одна особенность, о которой посторонним людям не распространяются.

Рассказ Одхана, изобилующий подробностями, не впечатлил меня.