Сваха для дракона

К примеру, я давно знала, что у малахитовых драконов самый большой размах крыльев, а их истинная стихия – вода. Или же то, что янтарные драконы самые слабые и обращаться могут только при наличии яркого солнечного света. Чешуя у них почти прозрачная, искристая, и под ней при хорошем освещении можно разглядеть мышцы и тонкие косточки кожистых крыльев. Предки агатовых драконов могли обращаться только ночью, но спустя несколько сотен лет, скрещиваясь с другими видами, они смогли побороть этот недостаток.

Рубиновым драконам была посвящена отдельная глава, и от нее осталось противное, кислое послевкусие. Складывалось впечатление, что один из рубиновых драконов, а то и все разом, насолили автору, отчего тот откровенно смаковал самые страшные подробности их существования. О том, что жизнь рубиновых – не сахар, становилось понятно с самых первых строк.

“Во время появления на свет рубиновый дракон причиняет своей матери невыносимые страдания. Виной тому можно считать температуру рубинового пламени, которое загорается еще в утробе. Большое счастье, если мать выживает, гораздо чаще они умирают в родах, давая жизнь своему ребенку.

Рубиновый дракон – сильнейший среди сородичей, но это сила не приносит обладателю счастья. Рубиновое пламя – самое капризное и опасное, не желающее подчиняться хозяину. Взросление рубинового дракона сопровождается мучениями и страданиями, а с подросткового возраста пламя начинает испытывать хозяина на прочность. И если в случае с малахитовым, сапфировым или янтарным, бушующие гормоны влияют только на изменение человеческого тела, пламя рубинового дракона медленно, клетка за клеткой, уничтожает хозяина изнутри. Превращение в свою истинную форму для них – пытка, зачастую каждая попытка обернуться оканчивается множественными ранами. Совершить полный цикл обращения удается лишь единицам; причина – в особенностях рубинового пламени. Оно сопротивляется процессу обращения, ускоряя процесс разрушения организма. Если рубиновому дракону, через кровь, пот и слезы, удается приручить истинную форму, пламя подчиняется ему и необратимый процесс самоуничтожения останавливается.”

– Ничего себе, – я подняла глаза от книги, прижимая к губам ладонь. Какие же страдания испытывают те бедняги, кому не посчастливилось родиться рубиновым? Раны, ожоги, медленная, а если не сможешь побороть пламя в груди – верная смерть! При одной мысли о мучениях, что выпадают на долю самых красивых особей из драконьего племени, пробирала дрожь.

В книге была гравюра, озаглавленная как “Обернувшийся рубиновый дракон” – оне не могла передать всю глубину цвета, но смогла отразить горделивую стать и изящный наклон шеи, покрытой твердой чешуей, которую не пробило бы и самое острое копье.