Шипучка для Сухого

Он снова тот Олег, что обещал молоденькой глупой девочке, что все будет хорошо.

А девочка верила.

И я верю. Верю ему.

— Люблю тебя, — шепчу и притягиваю к себе, чтоб поцеловать.

Он наклоняется, жадно меня сжимает, целует, уже изо всей силы вбиваясь в податливое тело, и выдыхает, содрогаясь во мне.

А я глажу его короткие на затылке волосы, чувствую тяжесть тела на себе, такую правильную, такую нужную, смотрю на огонь.

Я не кончила, но мне даже разрядка с ним не нужна. Совершенно. Все так, как надо. Так, как должно было быть у нас всегда.

Он уехал срочно, через два дня после этого. Сорвался в Москву. Что-то там с партнерами, конкурентами и нерадивым персоналом. Он долго ругался тогда, я не вникала. Понимала только, что каникулы мои закончились.

— Ольк, я разрулю и приеду. Ты давай, думай, как дальше будем.

— Я?

Мне смешно. Тотал-контрол-фрик Сухой говорит, чтоб я думала, как дальше будем. Можно подумать, он уже не решил все.

— Конечно. Хочешь, клинику в Москве? А?

— Нет.

— Так и думал, бл*, - ругается он, но по лицу понятно, что мысли сейчас не здесь.

У него проблемы, и я не хочу добавлять еще головной боли своим упрямством, поэтому только киваю.

— Придешь, решим.

У него даже лицо вытягивается, настолько эта моя реакция нетипична для него.

Мне смешно.

— Ну ладно… Может, здесь останешься? Подождёшь меня? Отпуск тебе продлят.

А вот это называется, «дай палец, откусит руку». В этом весь Сухой.

— Нет. Я к себе.

Он морщится. Но не настаивает. Обнимает, целует так, что в животе опять все горячо становится, проводит сожалеюще пальцем по припухшим губам. И выходит прочь.

А я вздыхаю и собираюсь домой."

"И потом две недели только переписываюсь и перезваниваюсь с ним.

Каждый вечер.

Мы словно влюбленные ведем горячую переписку. Как будто пытаемся наверстать то, что недополучили за все эти годы.

И мне смешно и радостно одновременно. И жизнь смыслом наполнена.

И вот теперь, после такой догадки о причинах моего плохого самочувствия, меня буквально в дрожь бросает. И живот скручивает. И это не радость. Нет.

Это страх.

Я боюсь.

До жути. До тошноты боюсь.

Повторения.

38. Сейчас

Ты меня прощаешь? Я тебя прощаю.

Ничего не надо. И взамен, и так…

Только взгляд тревожит. Жжет и выдирает

Сердце под волною всех твоих атак.

Я тебя прощаю.

Я тебе желаю

Много света, мира и тепла вокруг.

Руки, губы, голос, трепет собираю,

И свою свободу — ставлю все на круг.

Кто возьмет? Послушай,

Кто меня захочет?

Кто посмотрит нервно

На твои звонки?

Я пишу не буквы — раны.

Прямо в душу.

Как воспоминанья, что еще близки.

Я запомню небо. И окно пустое.

И слова: «Не бойся, я всегда с тобой».

Я тебя прощаю за свое тупое

Пошлое желанье — быть твоей судьбой.

М. Зайцева.

Сейчас.

Это происходит как-то очень быстро.