Двойня для босса. Стерильные чувства (СИ)

Фамилию сменила сразу же, чтобы записать малышей на свою девичью — Антипьева.

Что касается отчества, то… Я решила, Вика и Витя имеют право получить его от папы. К тому же, мало ли Стасов на белом свете? Никто и никогда не догадается, в честь какого именно названы мои двойняшки.

Я не хотела подставлять женатого мужчину, «примерного семьянина» и на тот момент… будущего отца. Иногда я думала о том, как Стас отреагировал на известие о беременности Миланы? Наверное, был счастлив, ведь мне показалось, он искренне хотел детей и страдал от «приговора» врачей, хоть и скрывал свои чувства под маской невозмутимости.

А порой… Крайне редко. Я позволяла себе крохотную слабость: представляла, как рассказываю Стасу о своем положении и его будущих двойняшках. Но тут же отгоняла прочь подлые, деструктивные мысли. Во-первых, я не имела права ломать его семью. А во-вторых… Думаю, он просто дал бы мне денег на аборт, да еще бы и проследил, чтобы я его сделала. Зачем ему «проблемы» от случайной любовницы…

Замираю на пороге и смахиваю невольно выступившие слезы. Хороню болезненные воспоминания и запрещаю себе горевать о прошлом. Разве я жалею о чем-то? Моя заветная мечта исполнилась, и теперь я — мама замечательных двойняшек. И они придают мне сил справляться со всеми трудностями.

Вплоть до декрета я проработала в издательстве. Жила с Лилей в квартирке на окраине. При этом прекрасно понимала, что после родов мы элементарно не поместимся там с двумя новыми маленькими людьми. Да и бабуля-хозяйка будет против.

Так что в итоге мне пришлось вернуться к родителям. В богом забытый городок, откуда я настойчиво сбегала. Но сложнее мне было объяснить маме, что произошло. И сообщить, что мы с ее обожаемым Глебом уже не вместе. Она негодовала, пыталась наставить меня на путь истинный. Отец, в свою очередь, занял позицию нейтралитета.

Тем не менее, родители меня приняли, очень помогали после кесарева и обеспечили двойняшек всем необходимым.

Вика и Витя быстро растопили сердце своей бабушки. А дедушка так вообще нарадоваться не мог. Более, чем два года, проведенные в родительском доме, стали для меня локальным раем.

И только редкие моменты «чудесного явления» Глеба омрачали жизнь. Примерно, как сегодня. Настроение мгновенно рухнуло до отметки ниже нуля, а я задрожала, словно от холода, в предвкушении очередной встречи.

И вот я стою каменной статуей и перебираю варианты, как быстро избавиться от незваного гостя. Тем временем малыши, ни о чем не подозревая, радостно выскакивают из спальни. Мне приходится последовать за ними прямо в легкой короткой пижаме, надетой на голое тело. Хорошо хоть халатик успеваю прихватить. Правда, только на плечи его на ходу накидываю.