Лилия для Шмеля (СИ)

Это тогда, в прошлой жизни, когда я решила, что время мое ушло, я просто просматривала статьи, но в памяти все это отложилось. И теперь, если я подберу румяна, мило улыбнусь, стану пусть не красавицей, но чертовски обаятельной!

С таким оптимистичным настроением я выходила из дома.

Графиня расщедрилась даже на новое пальто и обувь. Я упиралась, доказывая, что с Жужем опасно ходить на каблуках, и тогда она купила мне несколько пар. Вот уж не ожидала!

Собираясь на прогулку по городу, я надела удобную обувь, чтобы много ходить и экономить на извозчиках, но Гевиб Младший приготовил для меня экипаж Ильноры.

— Гевиб, я благодарна вам и графине, но я лучше пройдусь, — смущенно ответила.

Он удивился, ведь дамы предпочитают ходить как можно меньше, и мне пришлось пояснить.

— Ходьба помогает развеяться.

— Если вы не в настроении, позвольте порекомендовать вам прогуляться по набережной. А туда лучше доехать, — он улыбнулся, и я перестала отпираться. Вот уж при внешней схожести Гевибы столь разительно отличаются. Если бы не неоспоримое родство, подумала бы, что они однофамильцы.

Ехать в экипаже одной непривычно. А еще ловила себя на мысли, что нахожусь не на своем месте. Что город любезно встречает карету графини, а из нее выйду я — никому не интересная бесприданница. Однако я старалась гнать такие мысли прочь. В конце концов, увлеклась городом, который действительно прекрасный.

Спустившись на набережную, я огляделась вокруг. В Нильде золотая осень в самом разгаре. Из-за мягкого климата некоторые кусты еще цветут, изумрудные листья изумительно сочетаются с багряной, золотой, оранжевой и даже сине-сиреневой листвой. И эту красоту оттеняла ослепительно-белая, почти воздушная набережная с безбрежной синевой моря.

От восхищения даже позабыла, что я ныне — Корфина. Ощущая себя туристкой, с удовольствием шагала по набережной, рассматривая встречных горожан. Аристократы отличались утонченным вкусом и изысканностью. Состоятельные горожанки — яркими, сочными цветами нарядов. Мимо сновали продавщицы цветов, пахнущих так сладко, что я пожалела, что мне некому их подарить, разносчики сладостей и игрушек, напитков, няни с детьми…

Теперь понимаю графиню. Нильд действительно чудесен. Невозможно не влюбиться в очарование зимней столицы Корвиста, когда в едва забрезжившем сумраке начали загораться фонари. Их теплый цвет отражался на белом мраморе набережной, засияли спрятанные в листве гирлянды. В темной воде мерцало отражение города…

Я шла и улыбалась. Сказочный вечер окрылял. Казалось, что у меня выросли настоящие крылья. Что я не попаданка, а настоящая жительница этого мира, проснувшаяся после долгого сна и оказавшаяся дома.