Лилия для Шмеля (СИ)

Да и сбегать, по-человечески не попрощавшись с Ильнорой, не отпросилась — кто же так делает? Особенно с такой великодушной женщиной, протянувшей мне руку помощи в беде?

Нет, так не расстаются!

Кроме того, что будет, если через месяц или два, Освальд передумает, и я окажусь на улице…

Я вертелась с боку на бок и все больше понимала, что дала поспешное согласие. И что теперь делать?

Мысли роились, и чтобы собраться, я села за стол и принялась записывать претензии, которые имела к Веспверку.

Когда утром пришла Мигрит — застала меня уставшей и встревоженной. И, конечно, сделала свой вывод.

— Он вас тоже допрашивал? — спросила возмущенно. Не нравился ей хозяин дома.

— Нет! — я сбросила с плеч одеяло и начала торопливо собираться.

Веспверк тоже выглядел не выспавшимся, однако бодро отдавал приказания и подгонял всех, кто попадался ему на глаза. После затишья слуги носились по дому, желая угодить хозяину особняка.

— Уже встали? — моему внезапному появлению он удивился, но сразу же догадался, что пришла не просто так. Наверно, накрутив себя за ночь, я выглядела встревоженной, поэтому не говоря ни слова, Освальд достал из папки, что держал в руках, толстый конверт и протянул мне.

Я так же безмолвно достала кипу листов и принялась читать…

Согласно договору контакт заключался со мной на четыре года с возможностью продления. Я получала полный пансион, содержание, солидное месячное жалование и в конце каждого года весьма солидные выплаты, коих никто другой мне никогда не предложит. И каждый год они удваивались. В конце листа стояла приписка: любые подарки, подаренные мне, останутся моими.

Я же обязана буду шесть дней в неделю, если понадобится, то круглосуточно проводить с Вейре, в седьмой день смогу отлучаться по своим делам, но в важных случаях обязана проводить этот день с Вейре, с возможной заменой выходного дня или двойной выплатой.

Так же я должна следить за своей внешностью, которая должна соответствовать моему статусу. Но приписка, что внешний вид обязан устраивать клиента, смущала. Также не могу отказаться от занятий за счет нанимателя, которые он посчитает необходимыми для добросовестного исполнения мною обязанностей… А потом следовало еще три листа всякой мелочи, но и эти пункты я внимательно прочитала под испепеляющим взглядом Освальда.

Уже почти закончила, когда в самом последнем абзаце прочитала, что контракт может быть разорван без потери годовых выплат раньше срока только с одобрения Веспверка младшего… Если же контракт досрочно разорвется по моей инициативе — я получу лишь причитающееся жалование без весьма заманчивых бонусов…

— Требую дополнений! — возмутилась я, чем удивила Веспверка. Он, кажется, рассчитывал, что я от его условий буду прыгать и хлопать в ладоши.