Лилия для Шмеля (СИ)

Блин! Неужели на моем лице отразилась радость?! Нет, новость, конечно, отличная, но я радуюсь исключительно за Вейре. Наверно…

— Мне это не интересно! — резко заявила, задирая нос. Таким образом пыталась скрыть неловкость, но мои слова окончательно развеселила герцога.

— Зато это поможет вам проявлять выдержку на совместной прогулке. К сожалению, без помощи моей невесты, — он намеренно выделил фразу, — нам не обойтись, и вашу репутацию не спасти. Поэтому надевайте самое невзрачное платье, шляпку и поехали. И еще я рекомендовал бы вам выпить успокоительного. На всякий случай.

— И много предвидится этих случаев? — поинтересовалась я настороженно. Не думаю, что Вильдия жаждет спасать мою репутацию, тем более она тоже подозревала, что я покушаюсь на ее жениха.

— Кто знает.

— А как же графиня? — мне не позволяла совесть оставить попечительницу в таком нервозном состоянии.

— Ступайте, Корфина… — слабым голосом разрешила Ильнора. — Ступайте…

На нее было жалко смотреть. Она будто вмиг постарела, и теперь на меня смотрела не чинная графиня, а расстроенная старушка, корившая себя за разразившийся скандал.

— Скорее, — потребовал герцог. Графиня кивнула, и я побежала собираться."

"Пока Мигрит срочно разглаживала самое первое платье, подаренное Ильнорой, я торопливо укладывала волосы. За эти делом меня и застала графиня, лично пожаловавшая в мою комнату.

— Скорее — не значит небрежно, — пожурила она меня и указала на стульчик. Когда я села, Ильнора достала из моего пучка шпильки, распустила волосы и принялась переделывать прическу. — Ты должна выглядеть строго, степенно, как настоящая гувернантка…

Влетевшая в комнату Мигрит, замерла на пороге, удивленная тем, что сама графиня помогает мне приводить собираться.

— Ступай, мы сами справимся, — отпустила Ильнора служанку и продолжила наш разговор.

— Корфина, отпуская тебя к Вейре, я не скрывала от подруг цель твоих поездок. Тем более доктор Кратье, пользующийся уважением, нескольким из них подтвердил твое особенное влияние на мальчика. Однако обществу трудно поверить, что юное создание может справиться с тем, с чем не смогли справиться другие, более опытные люди, — сетовала она, глубоко вздыхая. — Думаю, тебе чувства к Освальду приписывают те, кто завидует, что некой никому не известной Корфине повезло больше, чем им. Зависть всегда толкала людей на подлости.

По всему виду графини читалось, что она очень переживает из-за случившегося.

— Не переживайте, — мягко улыбнулась я и коснулась ее теплой руки. — Как будет. В худшем случае перееду в провинцию и стану простой горожанкой.

— Что?!

— А у меня все равно бумаг, подтверждающих, что я Мальбуер, нет. Они все у матушки, так что… — грустно улыбнулась. — Я ничего не теряю.