Помощница для профессора

Не хочу сожалеть или раскаиваться! И если я хочу что-то сделать, то я это сделаю! Я заберу его, как только смогу. Так и знайте! Он будет только моим. Потому что такой, как вы, никогда не решится на большее! Вам ведь просто нравится дразнить меня! А каково мне, вы не думали об этом? Да меня до сих пор потряхивает, когда я смотрю на ваши пальцы! Еще с тех самых пор! А теперь я даже на ваш рот смотреть спокойно не могу! Не говоря уже об этом вашем…"

"— Продолжай, — прорычал он, делая ко мне медленные шаги, как лев перед прыжком. — Говори, Настя. Ты же хочешь жить на полную и совсем не хочешь сдерживаться. Так говори, что думаешь.

Он вдруг оказался прямо передо мной. Большой, высокий, с искаженным от гнева лицом и непроницаемо черными глазами. Возможно, во всем была виновата темнота, ведь мы так и не зажгли света. А может, не только.

Да к черту все.

— Вашем члене, — выдохнула я.

— Об этом ты думаешь на работе?

Он еще надвинулся на меня, и ягодицами я ощутила жесткое ребро собственной скамьи для порки. Плохое стечение обстоятельств.

— Постоянно, — призналась я.

— Вот так совпадение, — процедил он. — Потому что все, о чем я могу думать, это твой вкус на моем языке.

Я решила идти до конца.

— Не верю. Иначе вы бы уже давным-давно меня трахнули.

— Не бери меня на «слабо», девочка. Это плохо кончится. И прежде всего, для тебя.

Я зарычала. Не ожидала от себя такого, но да. Когда я услышала это, то издала какой-то полузвериный рык, вцепилась в его футболку пальцами, подтянулась всем телом и впилась зубами в его шею. Как же давно я это хотела!

Исаев ударил бедрами, вжимая в меня горячее и убедительное свидетельство своего желания.

— Чувствуешь? Разве так должны себя вести роботы?

Окончательно осмелев, я опустила руку и сжала его член через одежду.

— Пожалуйста… — пробормотала я. — Пожалуйста.

— Ты просишь трахнуть тебя?

Я закивала, окончательно теряя голову. Всем телом вжалась в его каменное тело, жалея о том, что на нас столько лишней одежды.

— При одном условии.

Его голос был низким, суровым, опасным. Мне бы бежать сломя голову, спасаться, оттолкнуть и освободиться, но я только сильнее повисла на нем, покрывая поцелуями шею и подбородок, до которых могла дотянуться без каблуков. Вжимаясь ноющей грудью в его грудь. Бедрами в его недостижимый член.

— Каком? — с трудом проговорила я, осознав, что он не двигался, потому что ждал от меня ответа.

— Ты уволена.

Я замерла, забыв, как дышать. А он, схватив меня за плечи, вдруг развернул к себе спиной, надавил на поясницу, побуждая опуститься. Грудью ощутила холодное полированное дерево скамьи для порки.

А после услышала, как звякнула пряжка ремня.

***

Меня словно кипятком окатило. Я подумала, что он сейчас меня выпорет.