Помощница для профессора

Покрутилась перед зеркалом, но тут же помрачнела. Какая разница что на мне будет надето, если меня уволят со стажировки моей мечты?

Тянуть больше некуда. Пора было выходить и принимать свою участь.

Обувшись в красивейшие туфли, какие у меня когда-либо были, я быстро собрала волосы в высокий хвост и вышла из спальни.

Роман Андреевич уже проснулся и стоял возле панорамного окна с чашкой кофе в руках. На звук моих шагов он даже не обернулся. Мятный запах его шампуня навевал нехорошие воспоминания, в подушечках пальцев стало покалывать, во рту скопилось много слюны.

Я молча остановилась посередине холла, опустив голову и ожидая, когда палач опустит гильотину.

— Сегодня почти вовремя, — произнес Роман Андреевич.

Его густой, терпкий голос обволакивал меня, как шоколад вкуснейшее эскимо. Я не должна реагировать так только на его голос, ведь не реагировала почти целый год, пока писала за ним конспекты. Почему же теперь из-за легкой утренней хрипотцы в его голосе я снова слышу его стоны? И почему вместо того, чтобы стоять с провинившейся опущенной головой, хочется наоборот задрать нос чуть ли не к потолку? Потому что именно я заставила его вчера так сладко стонать.

— Свежая рубашка в спальне. Запонки в коробке.

Он обернулся от окна и посмотрел на меня двумя синими льдинками.

— Почему я должен ждать, Настя?

Я приросла к полу.

— Но… Разве… — выдавила я.

Роман Андреевич склонил голову к плечу.

— Ты что-то хочешь мне сказать, Настя?

Ни черта не понимаю. Мне ведь это не приснилось? А где тогда молнии, которые он должен бы извергать, как в моем воображении? Где проклятия, которые он обрушит на мою голову?"

"Где стыд или раскаяние, в конце-то концов?!

— Что происходит? — спросила я, прищурив глаза.

— Ты мне скажи. Я вот жду, когда моя помощница поможет мне надеть чистую рубашку, поможет с галстуком и запонками, чтобы я наконец-то мог поработать. Так что происходит, Настя? Почему ты стоишь, как будто приросла к полу?

Помощница? Так я ею остаюсь? Но как же перископ и мое тесное с ним знакомство?…

Я переступила с ноги на ногу.

— То есть… Вы меня не уволите?

— Ты проспала на пять минут. Это плохо, но не так страшно, как вчера. К тому же ты явилась собранная и готовая. Это только плюс.

Я потрясла головой.

— Но ведь вчера…

Я сбилась, а он не собирался подыскивать за меня слова.

— А что случилось вчера, Настя? — вкрадчивым голосом уточнил Роман Андреевич, так и не дождавшись моих слов.

— Но вы говорили, что не спите со студентками и что не будете лезть мне под юбку!.. А вчера…

— А я разве лез?

Он это серьезно?

Я с трудом удержалась от того, что не выматериться вслух.

— Разве вчера это я лез к тебе, Настя? — продолжал Роман Андреевич.

Нет, он не лез ко мне. Это я полезла к нему.