Надувная женщина для Казановы

Она живуча, как таракан, думаю, приди ее несчастному зятю в голову идея избавиться от тещеньки, он бы испытал глубокое разочарование: Кока в воде не утонет, в огне не сгорит и от яда даже не чихнет. Но сейчас ей, похоже, не слишком хорошо, впрочем, и Николетта испытывает настоящий дискомфорт, сегодня она не прикидывается бедной, несчастной больной. Дам посетил «мурмулюк». Кто это такой? Да вульгарное похмелье. Впрочем, птичьей болезнью «перепил» страдают лишь люди из низших слоев общества, к благородным дамам, нахлебавшимся пивом по уши, заявляется «мурмулюк». Во всяком случае, именно это выражение употребляют в гостиных, которые посещают маменька и Кока.

– Вава, еще воды, – простонала Николетта.

Я повиновался.

– Не могу, – протянула маменька, – хочу пить, а внутрь уже ни капли не помещается!

– Ах мы несчастные, – завыла Кока. – Жуткая мигрень! Такие страдания. Разве их кому-нибудь понять! Невыносимо!

– Позвольте дать вам совет, – решился я.

«Страдалицы» примолкли.

– Ну, – с подозрением осведомилась Николетта, – и что ты можешь интересного предложить?

– В вашем случае поможет посещение лазни, баня, бассейн, все это снимает последствия бурно проведенного вечера…

– Даже слушать ничего не желаю, – взвилась Николетта.

– Ваня! Что ты себе позволяешь? – обозлилась Кока. – У нас мигрень! Заболевание сосудов!!! Нам плохо!!!

– Лично я отправляюсь в номер, – заявила маменька, – лягу в кровать!

– И я, – подхватила Кока.

Секунду дамы молчали, потом хором заявили:

– До обеда не смей нас беспокоить!

– Во сколько же станем трапезничать? – решил уточнить я.

Коку передернуло, а Николетта быстро ответила:

– Не раньше четырех.

Затем обе прожигательницы жизни, стеная и охая, стали подниматься из-за стола. И тут метрдотель, на беду, вспомнил о своих профессиональных обязанностях. Облаченный в безукоризненно отглаженный черный костюм, он приблизился к нам и заботливо осведомился:

– Вы пили воду и совершенно не притронулись к завтраку. Если вас не устраивает выбор на шведском столе, можете заказать любое блюдо по карте.

Николетта прищурилась:"

"– Только не в вашем заведении! Меня тут отравили!

Метр чуть не умер. Он прижал обе руки к груди и с неподдельным ужасом воскликнул:

– Отравили!! О боже!!! Что случилось?

– Ерунда, – прошипела маменька, наступая на несчастного дядьку, – очевидно, для вашего ресторана это обычный случай. Утром, в семь, я велела подать в номер чай. Привыкла, знаете ли, первую чашечку пить в кровати. Так вот! Ждала я напитка полчаса!

– Простите, – попытался оправдаться служащий, – кухня открывается в полвосьмого.

– Это ваши трудности, – отмахнулась Николетта, – я хочу пить чай в семь, и точка.