Надувная женщина для Казановы

Девица снова матюкнулась, достала мобильный, потыкала в кнопки и сердито осведомилась:

– Иржи? Спишь себе спокойно, а я тут по Египетской прыгаю. Позвони своей дуре и вели меня впустить.

Окно в квартире Мадлен давно погасло, папенька улегся в кровать, но стриптизерка не собиралась уходить. Она с интересом ждала продолжения беседы. Мадлен просто сгорала от любопытства. Ну кто это навещает Ирину Леонидовну по ночам?

Внезапно калитка распахнулась.

– Сразу бы сказали, что вы Лена, его жена! – сердито воскликнула Ирина Леонидовна.

– Я пыталась, – буркнула та, – да вы и слушать не захотели.

– А сами бы вы как отреагировали, окажись на моем месте?! – не осталась в долгу Вондрачкова. – Явились ни свет ни заря! Почему пешком? Где Иржи?"

"– Объяснила же, – сердито ответила гостья, – муж болен, а деньги вам нужно отдать сегодня.

– Вчера, – поправила ее Ирина Леонидовна.

– Да, конечно, но моя машина сломалась на шоссе, пришлось ждать эвакуатор, тащиться в мастерскую, затем на перекладных добираться в Гжев. Мне очень хотелось вернуться домой, в Ковальск, а не переть к вам, но ведь я же приехала! И сумму всю привезла.

– Уговор дороже денег, – насупилась Ирина Леонидовна, – давайте.

– Что?

– Непонятно? Деньги.

– Здесь?

– А где?

– Хоть во двор впустите, кругом люди.

– Все спят, – хмыкнула Ирина Леонидовна, – тут ложатся с петухами, гоните баксы, и дело с концом.

– Офигеть можно. – Лена пожала плечами и достала из сумочки конверт. – Держите.

Воцарилось молчание, потом Вондрачкова сказала:

– Все верно, только вот эти сто долларов обменяйте.

– С какой стати?

– Купюра совсем потертая, и потом, я предупреждала Иржи, чтобы он не посылал мне доллары старого образца.

– У меня нет больше денег!

– Ладно, в следующем месяце подвезете.

– Вы меня не впустите?

– С какой стати?

– Ночь на улице.

– И что?

– Ну… мне бы до утра посидеть, хотя бы до семи.

– У меня не гостиница.

– Я на кухне устроюсь, в уголке, – настаивала Лена.

– У меня больной в доме, он пугается посторонних.

– Ваш сын небось спит.

Раздался стук калитки. Лена разразилась тирадой, в которой не было ни одного цензурного слова, потом опять позвонила по мобильнику.

– Иржи? Твоя так называемая мать вообще обнаглела! – злобно заверещала она. – Не пустила меня до утра подождать, оставила на улице! Ну ваще, на всю голову больная. Ладно, пойду такси ловить, только, похоже, тут хуже, чем в Ковальске, весь город прям вымер. Ну ваще, ну ты меня и послал!

Сунув мобильный в карман, Лена нервно закурила, но не успела затянуться, как тихонько пропищал сотовый.

– Ну! – резко сказала Лена. – Я не сержусь и понимаю, что никому, кроме меня, такое не сделать. Просто не нравится стоять одной ночью, без машины в незнакомом городе, вот и все.