Пружина для мышеловки

Водитель Миша не в счет, когда он рядом, Аргунов чувствует себя в полном одиночестве.

* * *Прошло еще два дня, и позвонил Ситников. Голос его был строгим и, как показалось Льву Александровичу, слегка отчужденным. «Впрочем, он же звонит со службы, может, рядом кто-то стоит, так что не до сантиментов», – успокоил себя Аргунов.

– Лев Александрович, нужно обсудить наш вопрос.

– Да-да, конечно. Где и когда?

– Давайте через час, я подъеду.

– Хорошо.

На «вы» и по имени-отчеству. Ну конечно, Славка просто не один, поэтому такой официоз, люди должны думать, что начальник департамента едет на деловые переговоры, а не с другом пива попить. А тон – ну что ж, тон как тон, человек на работе, мало ли какие неприятности и конфликты могут заставить человека впасть в плохое настроение. Нет, не скажет ему Славка ничего плохого, и этот его напряженный голос – не предвестник дурных вестей. Нет.

Лев Александрович плохо помнил, как прожил этот час между звонком Ситникова и встречей с ним. Но как-то прожил…

Ровно через час он спустился на улицу и встал под моросящим осенним дождем, не замечая его. Служебная машина Ситникова появилась минуты через три. Вячеслав Андреевич вышел, молча пожал руку Аргунову.

– Давай отойдем, – сказал он, оглянувшись на сидящего в машине водителя.

Они прошли несколько шагов по тротуару, Ситников открыл зонт и поднял его над собой и Аргуновым.

– Ну что, Слава? Говори, – потребовал Лев Александрович."

"– Плохо дело, Левка, – казалось, слова давались Ситникову с трудом, он едва разжимал губы. – Очень все плохо. За последние три месяца пропали две девочки, шести и семи лет. Одна из них была в желтой футболке с зайцем. Я не знаю, что с этим делать, Лева. Но я тебя прошу: не дергайся. Я подумаю, что можно предпринять. Положись на меня и сам ничего не делай, только напортишь. Ты понял?

– Спасибо, – Аргунов удивился, что из его горла вырвался сиплый шепот, а не полнозвучный голос, как обычно. – Спасибо, Слава. Это ужасно. Что же мне делать теперь?

– Я же сказал: ничего. Ничего не делай. И не впадай в депрессию. Мне нужно несколько дней, чтобы подумать, как быть. Дай слово, что не наделаешь глупостей.

– Да какие же глупости я могу наделать!? – в отчаянии просипел Аргунов. – Уж хуже того, что я сделал, ничего невозможно придумать.

– Успокойся, – Вячеслав Андреевич сжал его плечо, – успокойся и не дергайся. Твоя задача на сегодня – сделать все, чтобы быть уверенным, что больше этого не случится. Попроси Жанну спать в твоей спальне или сам иди к ней спать, придумай причину, я думаю, это несложно. Изобрази всплеск любви и что там еще… У супругов это всегда бывает, когда дети женятся. Инстинктивное стремление доказать себе, что ты еще молод или во всяком случае не стар.