Пружина для мышеловки

– Тот человек, который приходил от испанского издательства. Сергей Иванович Клюев.

Тут до меня дошло. И я мгновенно забыл про телевизор, про боевик и про Брюса Уиллиса.

– Вы… уверены? – осторожно спросил я, чтобы не спугнуть удачу.

– Почти.

– Что значит, почти? Это он или нет?

– Понимаете, у него была тогда другая прическа и усы, а сейчас показали интервью, которое он недавно давал, там усов нет, и волосы совсем другие, наверное, он был в парике, когда ко мне приходил, но голос я узнала. И потом, мимика, моторика, движения губ, жест, которым он крутит ручку в время разговора… Они точно такие же. И еще, у него такой характерный оборот речи, он часто повторяет: «изволите ли видеть», – торопливо и взволнованно говорила Истомина, а у меня в голове уже крутились самые разнообразные новые догадки…

– Майя Витальевна, я могу сейчас к вам приехать? Нам нужно поговорить.

– Да, – мне показалось, что она немного растерялась, – да, конечно, Игорь, приезжайте.

* * *Мне показалось, что она постарела за те несколько дней, что я ее не видел. Ведь я был у Истоминой совсем недавно, когда показывал ей фотографию Забелина, а будто десять лет прошло. Наверное, у нее что-то случилось. Может, пресловутый дядя Жора очередной фортель выкинул, опозорил племянницу перед посторонними, назвал, например, ее воровкой, как когда-то при мне, воровкой, обобравшей его до нитки и оставившей старика без крыши над головой, а люди поверили, и она теперь переживает."

"– Пойдемте в кабинет, – она указала рукой на дверь комнаты, в которой я еще ни разу не был, – у мужа гости, он с ними в гостиной…

Ну наконец-то, а то я уж стал подумывать, что Майя Витальевна с мужем вообще не живет. Мы общаемся с ней уже полгода, даже чуть больше, а господин Чаинов так и оставался для меня фигурой полумифической, я его ни разу не видел.

То, что Истомина поименовала «кабинетом», оказалось совсем крохотной комнатушкой, две трети которой занимал письменный стол с компьютером. Кругом громоздились бумаги, папки, рукописи, на полу высокими, угрожающими вот-вот рухнуть, стопками сложены книги.

– Извините, здесь так тесно, – смущенно произнесла Майя Витальевна, – все времени нет порядок навести.

– Ваш кабинет? Или супруга?

– Мой. Для двух кабинетов у нас нет места, муж работает в основном у себя в лаборатории, домой только ночевать приходит. Это, конечно, не очень удобно, но что же делать, – она развела руками.

Да, конечно, не будь дяди Жоры, профессор Чаинов мог бы работать дома. Действительно, ничего не поделаешь.

Истомина уселась за стол, я примостился на стул, с которого предварительного снял ворох тяжеленных папок.

– Майя Витальевна, вы отдаете себе отчет в том, что происходит? – строго начал я.

– Нет, – она удрученно покачала головой. – Я ничего не понимаю.