Пружина для мышеловки

Стоило ему на улице или в кино поздороваться с девушкой или просто кивнуть ей, Ира начинала бешено ревновать, выспрашивать, кто она такая и что ей надо, обижалась и по нескольку дней с Юрой не разговаривала. Просто не представляю, как он выносил это!"

"– Наверное, вы и ваш муж были ему хорошим подспорьем, – лицемерно предположил я. – Ведь это так важно – жить вместе с родителями, когда с женой нет взаимопонимания. Всегда есть, с кем поговорить, кому пожаловаться, кто тебе посочувствует. Это же невыносимо: жить вдвоем с женой, которая с тобой не разговаривает! И молчать целыми днями. А когда рядом любящие родители, намного легче, есть с кем душу отвести. Вы согласны?

Еще бы она была не согласна! Согласна до такой степени, что тут же принялась демонстрировать мне, как сильно Юрочка доверял своей матери и припадал к ее сочувствующей душе с теми проблемами, которыми не мог поделиться с недалекой и ревнивой женой. Тут появились рассказы про разных Светочек, Женечек и Риточек, таких славных девушек, с которыми Юрочка платонически дружил, но вынужден был скрывать эту дружбу от Иры и постоянно просил маму его «прикрыть». Я все ждал, когда в рассказе мелькнет хотя бы одна Леночка, но так и не дождался. Придется самому.

– Наверное, Юрий сильно переживал, когда с Леночкой случилось несчастье? Они ведь так дружили.

Я попер наобум в надежде на удачу.

– С Леночкой? Несчастье? – редкие старческие брови приподнялись над глазами. – Вы о чем?

– О Леночке Шляхтиной. Помните, у Юрия Петровича была такая знакомая? Шляхтина Елена, она на кондитерской фабрике работала. Неужели не припоминаете?

– Нет, – твердо ответила Забелина. – Никакой Леночки я не помню. Как, вы сказали, ее фамилия?

– Шляхтина.

– Нет, – повторила она еще тверже. – А что с ней случилось? Вы сказали, какое-то несчастье?

– Она покончила с собой, бросилась с крыши шестнадцатиэтажного дома.

– Какой ужас! Из-за чего? Любовь, наверное?

– Не знаю, – я пожал плечами. – Это ведь было давно, в семьдесят шестом году. Я думал, может, вы знаете, почему она так поступила.

– Откуда же мне знать?

– Я надеялся, что Юрий вам рассказывал.

– Почему он должен был мне рассказывать? Почему вы вообще решили, что он был с ней знаком?

Забелина не сердилась, она искренне недоумевала, и я понял, что она не лжет и ничего не скрывает. Сын ничего не говорил ей о Лене Шляхтиной. И какой вывод? А выводов два: либо он действительно не был с ней знаком, то есть на улице Шляхтина поздоровалась вовсе не с ним, а с другим милиционером, участковым, которого уже давно нет в живых; либо Юрий Петрович Забелин общался со Шляхтиной, но, как говорится, не по интимной теме, а на деловой почве, и ему незачем было рассказывать об этих отношениях матери, чтобы она «прикрыла» сына перед ревнивой женой.